Черти

— Выпьем за Ксанаэля!

На этот раз бокалы были железные. Хитрый Ксанаэль сделал вид, что пьёт, а сам вылил вино под стол. И тут же упал на пол, искрошив рогами кафель.

— Готов, — сказал Люсифен. — Теперь он безволен.

Тут же все хвалебные речи сменились проклятиями: чертям не терпелось отомстить Ксанаэлю за всё.

— Давайте заставим его извиниться перед ведьмой У-у, — предложил Остороп.

— Давайте! — захлопала в ладоши ведьма. — Сейчас же извинись передо мной за то, что заставил меня говорить: «Да, мой господин!»

— Чего говорить? — переспросил Ксанаэль, плавно поднимаясь в воздух кверх ногами.

— Да, мой господин!

— Чего-чего-чего?

— Да, мой господин! Да, мой господин! Да, мой господин!

Ведьма затопала ногами, и её пришлось окунуть в холодную воду. Вода тут же закипела.

— Давайте сделаем что-нибудь попроще, — сказал Остороп, — например, заставим его кувыркаться.

Но кувыркаться Ксанаэль не умел, и черти стали показывать ему, как это делается. Они кувыркались целый час и не заметили, что Ксанаэль давно удрал.

Он наблюдал за ними с высокого дерева в подзорную трубу и так хохотал, что, в конце концов, и трубу уронил, и сам упал. Но он этого даже не понял, до того ему было весело.

А черти, наверно, кувыркались бы до сих пор, но вдруг раздался ужасный грохот, и земля дрогнула у них под ногами. Это упала воображаемая пылинка, которую смахнул с себя Люсифен.

20. Агиуцэ и гвозди

Агиуцэ украл с земной поверхности ящик лампочек, продал и на вырученные деньги купил ящик гвоздей.

Он принёс его домой на рогах, пыхтя и отдуваясь, с грохотом сгрузил в прихожей и гордо посмотрел на жену.

— Придурок! — завопила Мегера, выгнала в соседнюю комнату чертят, обложила мужа матом и позвала чертят снова. — Лучше бы жратвы купил! Вот на что нам твои гвозди? Что мы с ними делать будем?

— Применять, — глубокомысленно произнёс Агиуцэ, взял один гвоздь и скрутил его узлом. Как известно, черти создавались по принципу «сила есть, ума не надо».

— Как есть придурок, — фыркнула Мегера, но на всякий случай отошла подальше.

— Ты их хотя бы продать попытайся — хоть тыщу рублей назад отобьёшь.

Агиуцэ взял ящик с гвоздями и пошёл на рынок, но гвозди никто покупать не хотел, потому что в аду нет древесины, все дома построены неизвестно из чего. Зато за место пришлось заплатить сто рублей. Так ничего и не выручив, Агиуцэ вернулся с гвоздями.

— Ну и как успехи? — спросила жена.

— Сто рублей за место взяли.