Булава Рока

— Всегда мечтал быть похороненным в погребе с двумя недоделанными магами.

— Я чего, маг? — удивился Лёха.

— Хренаг. Даже такой баран, как ты, обладая…

Ведьма попыталась подобрать нужное слово, но вместо этого обозвала обоих спутников и ткнула в бочки. — Здесь должен быть потайной ход.

Пока ребята простукивали бочки, Озра начала крутить в руках тонкую книжку, словно не знала, как правильно её держать.

— Оно того стоило, — презрительно спросил Яса, взглядом указывая на книгу.

— Это «Толкователь», — ответила Озра, исподлобья посмотрев на котозавра.

— И?

— О чём он толкует, — выкрикнул Лёха.

— Не знаю, я отвечаю на ваши дурацкие вопросы, шлунды блохастые, — возмутилась Озра и потянулась к грибу.

Разбив все «пустые» бочки, ребята приступили к оставшимся. Одна из них оказалась заполненной «водой». Лёха хотел уже попить, но от неё так омерзительно несло тухлятиной, что студент передумал. Другая бочка была наполнена чёрным «песком». А вот третья представляла из себя сложную конструкцию.

— Похоже на выход? — с сомнением произнёс студент.

— Если мы сдохнем, то по твоей вине, — в своей манере ответила ведьма. Видимо, действие грибного дурмана закончилось.

— Я могу колдануть, — предложил Лёха.

— Я тебе колдану…

Лестница привела путников в большую трубу, по которой текла зелёная и вонючая жижа.

— Пригодится, — сказала Озра и наполнила маленькую склянку, зачерпнув прямо из речки-вонючки.

— Жжётся, — воскликнул Лёха, когда наступил в жижу.

— Тогда шустрей двигай.

Повезло, что идти оказалось недалеко. А то кроссовки начало разъедать. Вскоре показалась верёвочная лестница, ведущая вверх. Судя по её виду, ей частенько пользовались. Яса полез первым. Сдвинув люк, он исчез в ярком белом свете.

— Что встал, давай, пузатик, лезь.

— С удовольствием, — язвительно ответил Лёха. Ноги горели, словно он помыл их в растворителе.

«Люком» оказалась крышка каменного гроба.

— Похоже, что мы за городом, — сказал котозавр и указал пальцем на каменную стену, возвышающегося на холме Гозратуа.

***

Примерно в то самое время, как Алексей со спутниками выбирались из склепа, по замку Нумеша Бекрашесса устало брёл проповедник Куриан. Ему предстояло объяснить, как он смог осквернить один из главных праздников.