Чужая война

Не выдержав издёвок, я швырнул в неё подушкой. Как и следовало ожидать, та пролетела насквозь и шмякнулась где-то в районе стола. Кейтлетт усмехнулась и, качая головой в такт некой музыке, безумно фальшивя напела:

— If there's something strange. In your neighborhood. Who you gonna call? Ghostbusters! If there's something weird. And it don't look good. Who you gonna call? Ghostbusters!..

Я мигом пожалел, что выбросил подушку: слушать эти стенания было просто невыносимо, особенно в контексте происходящего.

— Прекрати это!

— Не могу понять, что более нелепо: то, что ты на меня орёшь, или всерьёз рассчитывал подушкой закрыть уши от воображаемого пения? — принялось размышлять наваждение.

На моё счастье, зашла Миюми, и моя персональная Кейтлетт или совесть, или кто она там, исчезла. Уж не знаю, как это работало, важно было, что в присутствии других меня отвлекали только материальные люди.

— Вы опять рано проснулись, командующий, — подозрительно заметила моя помощница.

— Покой нам только снится, а мне в последнее время даже сны не снятся, — поделился я своей болью.

— Это очень плохо. Вас что-то беспокоит?

Меня порой удивляла наивность Миюми в некоторых вопросах:

— Знаешь, мне приходится управлять огромной армией, состоящей словно из младенцев — стоит предоставить их самим себе хотя бы на пару часов, и возникшие проблемы приходится разгребать несколько дней кряду. Это уже не говоря о том, что мы тут вообще-то в глубине вражеской страны, где каждый второй мечтает издать мемуары «Как я повесил Рейланда Рора».

Миюми выслушала меня с каменным спокойствием, словно лечащий врач своего пациента.

— Я знаю, что вам поможет! — уверенно заявила она, когда я закончил.

— Почка цапли, камень мандраворы? — вспомнился мне предыдущий опыт «лечения».

— Нет. Кружка горячего, крепкого чаю! Я быстро, никуда не уходите!

Учитывая «кофе», я очень живо представлял тот напиток, который Миюми может называть «чаем» и какие разрушения он способен причинить, если окажется в желудочно-кишечном тракте.

Утро и вправду было слишком ранним, чтобы всерьёз заниматься какими-то делами, поэтому я решил рискнуть и подождать её возвращения. К сожалению, стоило Миюми выйти, как вернулась Ноа.

— Какое поразительное лицемерие, — фыркнуло наваждение. — Ты с таким рвением топчешься на всех местных правилах, традициях и обычаях, но её бредовый манямирок и пальцем тронуть не смеешь.