Ведьма в запаре. Часть 1

С другой стороны, с этого героя-любовника станется такие пьянки у меня на пороге устраивать каждый вечер – нервы мне мотать, или того хуже – пойдет их устраивать на крыльце у Игнатия Игнатьевича. И тогда и слухи между селянами пойдут, и авторитет свой честно заработанный я между ними потеряю, и хорошего человека разочарую, и скорее всего сарафан нужно будет вернуть.

- Ты, Юзик, дурак, хоть и полубог. Сарафан – это плата за то, чтоб я помогла устроить свадьбу Головы с дочкой булочника, а не то, что ты подумал.

- Мое имя Нот, Аппелиот… Что? – от удивления он даже перестал заикаться и дрожать.

- Что слышал, бестолочь. Собирайся в кучу и покажешь мне, что там на севере происходит, а то Ворон куда-то запропостился.

Ветер недоуменно уставился на меня, переваривая полученную информацию.

- Я – дурак, - наконец резюмировал он, - и зачем я только напился?

- Меня этот вопрос тоже живо интересует. Кстати, каким волшебным напитком ты за такой короткий промежуток времени успел накушаться аж до состояния «меня никто не любит, я никому не нужен»? Поделись рецептиком.

- Это амбросия небесная… Человеку достаточно нескольких капель, чтоб захмелеть, рюмки – чтоб напиться, а от стакана можно и к праотцам отправиться.

- Я и говорю – отличная вещь, нужно держать у себя для особых случаев. Ну что, ты вернулся в кондицию или попросить Аквилона повторить процедуру?

- Нет-нет-нет, не надо брата, - Ветер истово замахал руками, а потом начал стремительно меняться. Теперь это был высоченный широкоплечий абсолютно лысый мужчина, чьи мышцы так сильно выпирали под кожей, что, казалось, скоро лопнут.

- Ну как?

- Ужас, - честно призналась я.

Нот сник, его улыбка померкла, а плечи ссутулились.

- Зачем ты постоянно меняешь внешность?

- Хочу узнать, какие мужчины тебе нравятся, - со вздохом признался Ветер.

- Такие – точно нет.

- А какие? Блондины, брюнеты рыжие? С зелеными, голубыми, карими глазами? – Он быстро перечислял всевозможные внешние признаки, при этом они головокружительным калейдоскопом менялись на человеке, что стоял передо мной.

- Остановись! – взмолилась я, так как даже для моей подготовленной психики это было ударом, а у человека, склонного, мог бы запросто и эпилептический припадок начаться.

Мельтешение лиц, глаз, плеч и причесок замерло. Передо мной стоял темноволосый и сероглазый парень с веселой улыбкой, что удивительно походил на моего недавнего знакомца Костю.