Ведьма в запаре. Часть 1

- А-а, - первым повернулся ко мне Ветер, - вот она, - он ткнул в моем направлении кубком, от чего из него вылилась нематериальная жидкость ярко-алого винного цвета, но не долетев до земли, растаяла в воздухе, - пыссматрите, явиласс!

Язык полубога уже слушался плохо, впрочем, как и глаза – они то съезжались в кучку, то застывали на одной точке где-то за горизонтом, то не без затруднения фокусировались на мне.

- Я тут живу, если ты не знал!

- Вооот! Видите? – вопросил Ветер своих собутыльников, - не успела прийти, а уже грубиянит-с.

Иван и Кот дружно закивали, а Павлуша кхекнул:

-Не кх-хорошо! – но когда я перевела на него свой грозный взгляд, стушевался и затих, уткнувшись взглядом в половицу и с неподдельным интересом начал разглядывать узор древесных колец.

- А я же к ней со всей душой, - продолжал Нот, - Ягайночка то, Ягайночка сё, эх! – он активно жестикулировал, от чего содержимое бокала летело яркими брызгами во все стороны, но даже не думало заканчиваться, как будто кубок был бездонным.

- Да, - кивнул богатырь, - меня тоже целый день обижает, и шпыняет, и помыкает, – он свел брови, надул губы и засопел, как ёж, взваливший на себя пуд яблок.

- Ты, чудо-юдо стоеросовое, мало того, что разбудил меня ни свет, ни заря, целый день треплешь мои нервы, сидишь на моем крыльце, откушивая мою же смородиновку, так еще и жалуешься на меня? – я прямо опешила от такого заявления.

- А что, - вступился за нового товарища Кот, - только тебе можно с мавками посиделки устраивать? Мы, мужчины, тоже имеем право!

- Я вам сейчас это самое право налево надену и пущу по селу в позе собаки мордой вниз, если вы немедленно не исчезните с глаз моих.

- Это не я! – Павлуша небезосновательно предположил, что крайним сделают его и поспешил ретироваться. Он скатился с крыльца и неустойчивой походкой двинулся прочь. К моему счастью. Одной головной болью – как спровадить его отсюда – стало меньше.

- Что вы тут устроили, - набросилась я на оставшихся собутыльников, - а если б посетители пришли?

- А они и приходили, - «обрадовал» меня Иван, - мы им всем сказали, что тебя нет и что приходить завтра.

- Что-то я не припомню, когда хоть кого-то из вас к себе секретарем наняла!

- А мы по собственной инициативе и доброте душевной, безвозмездно и даже не надеясь на благодарность, - сказал Кот и, уткнувшись носом в блюдце, принялся усердно лакать.