Пелагея и прочие недоразумения

- Скоро сами поймете!

Когда парк остался шелестеть за спиной, а впереди открылась унылая глинистая дорога с темным зубчатым лесом по обочине, никто так ничего и не понял. Вскоре лес расступился, чтобы обнажить массивные стены из бурых камней с узкими, как бойницы, окошками.

- Твердыня Арнора, - скупо пояснила Юлиана. – Здесь проживает электрический гений и сумасброд, который со своими экспериментами доконал весь город.

- Да как в таком страшном месте можно жить?! – поразилась Пелагея. Юлиана в ответ только скривила рот.

За твердыней Арнора дорога резко свернула, и лес снова подобрался к обочине. Навстречу кто-то шел. Поэт прищурился: незнакомцев было двое. Оба растрепанные, в поношенной одежде с заплатками и грязных ботинках. Они волокли за собой увесистую связку каких-то железяк, и железяки громыхали на разные лады.

- А-а-а! Братья Мадэн! – воскликнула Юлиана.

Поравнявшись с нею, братья остановились, причем самый растрепанный выпучился на нее, словно увидел призрак. На ее лице читалась усталость, которая была ей не свойственна.

- И не смотри такими дикими глазами, - сказала ему Юлиана. – Лучше на себя погляди. Пугало огородное. Честное слово, когда ты был коварным Агентом Катастроф, то следил за собой гораздо тщательнее!

- Агент Катастроф? – не поверила Пелагея.

- Это было давно, - неохотно подтвердил тот.

- Но я слышала, что вы, братья, лучшие изобретатели во всей стране Зеленых Лесов! Зачем бы кому-то из вас опускаться на дно?!

- Только что мы вытащили эти железяки с такого дна, что вам и не снилось, - коротко хохотнул второй брат. – Не беспокойтесь, скоро мы отмоемся и явимся на королевский турнир во всей красе... Кроме того, как бы низко ты ни упал, всегда будет куда подняться, - добавил он и, подмигнув Пелагее, двинулся дальше под ужасающий лязг металлолома.

- Симпатичный дикобраз, - хихикнул бывший Агент Катастроф и поспешил за братом.

Когда изобретатели скрылись за поворотом, Юлиана не вытерпела и сказала:

- Сняла бы ты уже эту гадость! Стыдоба одна.

Пелагея послушно вылезла из дикобразьего комбинезона – и Кекс с Пирогом принялись грызть его ожесточеннее прежнего.

- И всё-таки, куда мы направляемся? – спросил поэт. Ему не нравились недомолвки Юлианы.