Сильнейший из магов

— Совсем ты меня уважить не хочешь, Каин, — продолжает ныть Зелеф. И снова резкая перемена: теперь он максимально серьезен, и это даже не кажется наигранным. А еще нехило пугает. — Дойди до моей обители на пике Сады. И до Асцелины с Этной тоже обязательно доберись!

Снова имена Старших, но теперь уже богинь. Первая повелевает водами морей и океанов, а вторая покровительствует зверям вместе с юнками и еще одной расе, гуррам.

— Как только до всех доберешься, — продолжает напутствовать эльф в шкуре, — так иди к Рахиму.

Наверняка, он сам тебе путь укажет.

Резкий хлопок юношеской руки по плечу по ощущениям ломает не только кости в руке, но и половину ребер. А сквозь боль снова раздается громкий и радостный возглас.

— А там уже станешь нормальным человеком!

И сразу следом — громоподобный смех, которому рокотом вторит небо.

Зелеф снова встает, попутно обращаясь в гору мускулов под два метра, выглядывает из-за дерева и улыбается как истинный плут.

— Смотри, смертные на коленях кланяются. Это мне! — гордо тычет он себе в грудь.

А потом взирает сверху вниз на Каина, и по телу громовержца начинают гулять мини-молнии. — Вот ты со мной не выпил, а я все равно не буду город разрушать. Вот такой я добрый!

И снова он смеется своим до ненормального низким басом, а облака грохочут вместе с ним. Вот такой, непредсказуемый, весь в разрядах тока, на фоне сверкающего и громыхающего неба, он действительно похож на бога молний и бурь. С него бы картины писать да статуи по образу ваять.

Но какой же он все-таки ненормальный!

Опять зрение и слух резко обрубаются, путая разум и тело. Когда органы чувств снова начинают работать, небо уже спокойное. Ни одной вспышки, ни одного далекого отголоска грозы. Серые тучи лишь мерно и неторопливо текут куда-то за горизонт, унося с собой последствия непогоды.

Каин поднимается, опирается неповрежденной рукой о ствол дерева и начинает не спеша его огибать. А там толпа людей стоит на коленях и кланяется. Каин невольно ловит флешбэки с дня своего появления: каиниты тогда также на земле валялись.

Он тяжко вздыхает и идет в их сторону. Подойдя ближе, он замечает, что среди кланяющихся действительно есть каиниты. Вон и залысина Гадрела сверкает как прежде.

— Можете подняться, — объявляет Каин и лишь потом задумывается. С какого перепугу он тут вообще командует всеми этими людьми? Но те уже послушно поднимают головы и смотрят с неприкрытым восхищением в глазах.

Среди них и проповедник Мартин.