Постмортем

Тальф усилием воли заставил себя оторваться от окна и в который раз быстрым шагом пересёк комнату.

— Я так не могу! — выдохнул он, всплеснув руками. — Сидеть так — смерти подобно.

В следующее мгновение окна башни разлетелись тысячей мелких осколков и щепок.

В комнате закружился вихрь — чёрный, тонко пищащий и шелестящий сотнями мокрых холодных крыльев, хлеставших по лицу и одежде.

Перепуганный Тальф повалился на пол — и тут же стая летучих мышей ринулась в одну точку, собираясь в ослепительного фон Веттина и его жён.

— Добрый день! Магистр, — в обычный кивок граф сумел вложить максимум иронии. — Ректор, — повторный кивок.

Последняя летучая мышь, перепуганная и запутавшаяся в балках под потолком, врезалась в голову вампира, отчего его лицо пошло кругами, как вода от брошенного камня.

Тальф выпрямился и раздражённо поморщился:

— Надеюсь, вы пришли сообщить, что готовы оплатить ремонт окон, — пережитый страх заставил отступить усталость и нервозность — их место теперь заняла чрезвычайная лёгкость, граничащая с абсолютной свободой.

— Обязательно, как только перемещу сюда мою резиденцию, — мгновенно нашёлся с ответом кровосос. Жёны за его спиной довольно зашипели, глядя на Тальфа, как на сочный бифштекс.

— Зачем вы пожаловали, граф? — поинтересовался Кассиан, который, казалось, и не шелохнулся, когда в башню ворвались летучие мыши.

— Позвольте мне перейти сразу к делу, без всяких дипломатических реверансов, — на белом лице расплылась самодовольная ухмылка человека, уверенного в том, что он уже победил.

— Позволю, — встрял ректор, чем немного сузил размер ухмылки. — Переходите.

— Я бы рекомендовал вам собраться и уйти отсюда пока не поздно. Вместе с вашими… сторонниками, — слишком красноречивая пауза, чтобы не обратить внимания на пренебрежительно брошенное «сторонниками».

Кассиан одарил фон Веттина тёплой и мудрой улыбкой:

— А мы бы рекомендовали вам, ваша светлость, не сердить новую королеву. Она и так изрядно нервничает из-за того, что происходит в Ковене, и беспокоится, что Гримхейм останется без армии во время войны.

— И что же сделает ваша новая королева, топнет ножкой и покричит у себя в покоях? — верхняя губа графа презрительно приподнялась, обнажив крепкие белые клыки. — Вы мудрый человек, Кассиан, но сейчас вы не на той стороне.