Всё не то, чем кажется

— Кто такие будете, парни? — наконец раздаётся дребезжащий голосок старика. Наши вопросы он оставил без внимания, но может быть, дед просто глуховат.

— Мы простые путники, едем в Холмолесье, — отвечает Дрейк.

— Ну да, ну да, простые, — хмыкает дед, разглядывая наших скакунов. — Козу в столице купили? Хор-рошая коза... кхе...

Орешек сердито фыркает.

— Наше местечко называется Грибки, — наконец отвечает старик. — Постоялый двор уже занят, но попробуем найти место и для вас. Пойдёмте, — и он ковыляет впереди, тяжело опираясь на сучковатую палку.

Мы идём по широкой улице между нарядных бревенчатых домиков, крыши которых покрыты мхом. Видно, что люди здесь живут хорошо, не бедствуют — все дворы очень чистые, изгороди крепкие, а дома не просят починки. Возможно, это благодаря близости к столице, ведь королевская семья может здесь бывать проездом, а им негоже смотреть на покосившиеся хибары. Вот и поддерживают деревушку в приличном виде.

— Вот и пришли, — указывает старик рукой.

Перед нами постоялый двор с коновязью.

«Сладкий сон» — гласит вывеска. Выглядит эта постройка в точности как остальные домишки, разве что чуть крупнее и выше. Внизу горит свет, а верхнее окно тёмное.У коновязи уже стоят три коня, жуют овёс.

— Торговцы возвращаются из столицы, — кряхтит старик, указывая на коней. — А у нас-то места не очень много, ну ничего, авось и для вас комната найдётся.

И наш провожатый заходит внутрь первым, пока мы привязываем коней и рассёдлываем их. Коза вроде бы соглашается остаться с конями и принимается пить воду из корыта, но привязать себя не даёт.

Мы просим её не уходить далеко (она важно машет бородкой), берём наши мешки и тоже идём внутрь.Первым делом в нос ударяет запах. Он такой густой, что его, кажется, можно резать ножом. Под низким потолком там и сям развешаны ароматные растения, по углам курильницы с какими-то травами.

За стойкой стоит крепкий мужик, с которым уже беседует наш знакомый старичок.

— Нету места, — хмуро говорит мужик, глядя на нас исподлобья.

— Да ты подумай, — хлопает его по руке старик. — Уступи им вот каморку свою.

— У нас сегодня три торговца, — не соглашается хозяин постоялого двора. — Нам больше людей не обслужить.

— Ничего страшного, — улыбается Дрейк. — Просим прощения за беспокойство. Мы и в поле можем переночевать, сейчас тепло.

Мы было разворачиваемся, но старичок спешит к выходу и преграждает нам путь.

— Не допущу! — сердится он, расставив руки.