Земля Обетованная

Это у них там «переговоры» да «проекты». Вот только фриков они на порог не пустят. А нам бы чего попроще: байки ремонтировать, роботов... или вон, хочешь, у меня андроид-посудомойщик сдох, думаю, нового купить али нанять кого дешевле выйдет?

Люциус не удостоил его ответом, и бармен правильно истолковал это молчание:

— Ну, не хочешь — как хочешь. Голодный, наверное? Давай я тебе хотя бы пивка налью, закусить чего поплотнее. Вот висюлек твоих как раз хватит...

— Как торговец, я предполагаю обменять их с большей выгодой, — в ответ ухмыльнулся Люциус и развернулся, чтобы уйти.

— Больше фрику никто не даст! — крикнул бармен уже в спину, но лорд окончательно потерял к этому заведению всякий интерес.

Бугай с железными кулаками поднялся с места: он был достаточно предусмотрителен, чтобы не идти по пятам, но недостаточно, чтобы вовсе не выдавать своего присутствия.

Люциус специально сворачивал в самые тёмные и безлюдные переулки. Громила не отставал но и не нападал — косился куда-то под кромки крыш, где, вероятно, могли быть следящие устройства.

Наконец они забрели в короткий проход между домами, заканчивающийся высокой запертой решеткой.

Люциус обернулся к своему преследователю и посмотрел на него с брезгливым высокомерием, как и подобает чистокровному лорду смотреть на уличных грабителей.

— Эта... гони бусы, фрик, — необычное поведение добычи смутило бугая, но, на его беду, он не придал предчувствию значения.

— Ваше предложение оскорбительно, а потому я его отклоняю.

Он ничем не выдал своих чувств, по спине пробежал холодок безотчётного, первобытного страха.

В этом мире не было магии, на поясе не висел надёжный пистолет, а силы Гримхильды пока слишком слабы, чтобы помочь своему жрецу. Но власть Древних тянется через всю вселенную, проникая даже туда, где нет последователей и культов. Так силой Дагона пропитаны все миры, где есть солёная вода. То есть, все те, где обитают люди — существа с солёной кровью.

Разумом Люциус понимал, что великий Древний плевать хотел на незначительные изменения энергетических потоков. Но подсознание не хотело даже мимолётно привлекать внимание того, перед кем он так нелепо опозорился. А потому Люциус медлил.

Громила же принял паузу за признак слабости. Он эффектно стукнул кулаками друг об друга, выбив десяток ярких искр, замахнулся... и больше сделать ничего не успел.