Организатор потоков

– Открыто! – прокричала Чапперон-Руж.

Дверь отворилась, и в комнату, непрерывно кланяясь, вошел седой лакей, держащий в руках походную сумку из мешковины.

– Все, что просила леди, готово, – сообщил он.

– Ага, – кивнула девушка. – На стол положи.

Лакей бережно поставил на стол сумку и, пятясь, вышел из комнаты, не забыв затворить за собой дверь.

Маша бодро подпрыгнула с дивана, подбежала к столу и заглянула в сумку.

– Ага, – кивнула она, – мел, водичка, свечи. Прелестно!

– Не вижу ничего прелестного, – буркнул Илья.

– Погоди, Зеленый, ты ж сам сказал, что эту книжку читал и знаешь, в чем косяк главного героя.

– Ну, сказал.

– Ну, так и в чем проблема-то? Просто не допускай косяков. Ты пойми, у тебя ж идеальное положение. Ты как та вторая мышка, которой достается сыр.

– Спасибо, – Илья сжал руку в кулак и поднял вверх большой палец: – Вот такое сравнение.

– Ой, ну хватит ныть. По-быстренькому отсидишь в кругу три ночи, а царь нас наградит.

– Нас? – округлил глаза Илья. – А тебя-то за что?

– Ну как это за что? За организацию.

Маша снова весело заржала и потянулась к подносу с пирожными.

– Неплохо ты устроилась! – недовольно пробормотал Илья.

– Так а тебе разве кто-то мешает воспринимать окружающую реальность иначе?

Илья немного помолчал, а потом вдруг кивнул.

– Знаешь, а в чем-то ты права.

* * *

Панночка на ощупь брела вдоль преграды, прикладывая ладони к невидимой стене, словно парижский мим.

– Мужик, – недовольно бормотала она, – я ж знаю, что ты здесь. Мужик, сука, выходи сейчас, а то третьей ночи ждать не буду и сегодня Вия позову.

Илья отложил в сторону бутерброд и язвительно поинтересовался:

– А чего, каноническую схему про три ночи уже отменили?

– Слышь, – панночка замерла, прислушиваясь к тому, откуда идет звук.

– Слышу, – подтвердил Илья, удобно расположившийся в центре мелового круга. – И вижу.

– Ты тут не умничай, – посоветовала панночка, – а то.

– Вия позовешь?

– И позову!

Илья лениво зевнул и предложил:

– Ну, давай, зови.

Девушка в белой рубахе до пят постояла немного, шумно выпуская воздух сквозь зубы и, в конце концов, так ничего и не предприняв, принялась вновь ходить вдоль замкнутой меловой линии, касаясь ладонями невидимой преграды.

– Вот видишь, – с интересом наблюдая за дергаными передвижениями ведьмы, сказал Илья, – нет у тебя власти звать его в первую ночь.