Летняя практика

К тому же не видела ещё пифия девушек, которые бы красиво плакали, только показушно, но сейчас был не тот случай.

— Что случилось? — Тар был обстоятелен и решителен.

— Испугалась, — честно призналась прорицательница.

— Чего ж? — удивился староста.

— Да в лесу встретила кого-то или что-то, — при воспоминании знакомого отраженья в кружке с чаем, пифия непроизвольно содрогнулась всем телом и крепче вжалась в широкую грудь старосты.

— Ну-ну, — ласково прогудел Тар, оглаживая худенькую спину своей гостьи. — Не бойся.

Никто тебя в обиду не даст, тем более кому-то там из леса.

Пифия не поверила (попробуй, водяному чего запрети), но успокоилась. Главное держаться подальше от рек и уж тем более болот. А завтра Брюн сварит ей краску и она вновь станет самой красивой и уверенной в своих силах. А сейчас можно и спать лечь, день был тяжёлым и долгим, а завтра наставник опять придумает какое-нибудь глупое задание.

В это время в доме купца, где остановился Ильяс началось оживление среди местной нечисти. Молодой, только что народившийся домовёнок счёл своим новым хозяином не кого-нибудь, а артефактора, мирно почивавшего на перинах.

— Ах, хазяин-н-н, — восторженно пропищало существо, скорее похожее на кота, чем на привычного домового.

Ростом с кота, правда за какой-то надобностью вставшего на задние лапы, он был покрыт пегой шёрсткой, на голове торчком стояли треугольные маленькие уши, а сразу за ними и чуть ближе друг к другу — пара крохотных, едва видных рожек. Ноги и руки вопреки ожиданиям были с пальцами и ладошками, но покрытыми шерстью, и имели такие же подушечки, что и кошачьи, вот только когтей там не было.

Хвост шикарный пушистый и длинный стоял столбом, почти вертикально. На умильной мордочке выделялись огромные зелёные глазищи с обычным круглым зрачком, носик как у ребёнка и почти безгубый рот. Усы тоже имелись, но не такие шикарные как у мурок, а во рту были совсем не страшные, ровные, похожие на человеческие зубы, только очень маленькие.

Спавший Ильяс ничего этого видеть не мог, а потому существо решило сделать ему утром подарок.

Закончивший поздний ужин Ивасий с раздраженьем понял, что Ильяс спихнул всю грязную посуду на него, но делать нечего. Если не помыть сейчас, то к утру каша так пристынет к стенкам, что потом только песком отскребёшь. Цедя ругательства сквозь зубы, он собрал всю посуду в котелок и пошёл к реке, по пути ему как раз встретился Лют, что возвращался с очередного купания.

— Помочь? — добродушно осведомился боевик.