Девица краса у Шамаханского царя

Простая, но теплая одежда, добротные башмаки меховая шапка и едва уловимый аромат чего-то крепкого витает в воздухе. Словом, почти ничего не выбивалось из привычного образа. Ключевое слово – почти.

– День добрый как служба?

– Солдат спит, служба идёт, – лениво откликнулся мужик, – а тебе чего надобно?

– Если скажу – мимо проходил поверишь?

– Не-а, я тут твою ухмыляющуюся рожу впервые вижу! Говори зачем пожаловал?

– На запах пришел, чую вон там, под этим вот столом спрятано винишко... Хорошее, кстати, выдержанное, таким и боярина угостить не стыдно.

Мужик замешкался, глаза забегали, подсказывая Синину, где у мужика еще заначки и возможно не только винные.

– Смотрю, ты сам не местный, не знаешь, как правильно с людьми разговаривать…

– Какой ты прозорливый, вчера только из дальней заставы приехал. Насилу у Бессмертного отпуск выпросил…

– У Бессмертного? Того самого княжеского воеводы? – смотритель аж с места подскочил. – Не врешь?

– Да, ни в жизнь, я врать вообще не люблю, вот недоговаривать умею, промолчать, когда надо – тоже.

– Какой там, – буркнул мужик, – вон на новую фуфайку никак не соберу.

– Тогда откуда вон та, ваза взялась? – Сирин не поворачивая головы ткнул пальцем в кучу хлама сваленного в углу сторожки. Там среди дешевой посуды стояла старинная ваза из тончайшего фарфора, впопыхах накрытая платком.

– Слушай, да не я это все, не я! Подарили?

– Кто же это такой щедрый и по какому случаю? – Сирин улыбнулся добродушно и присел на лавку дожидаясь ответа.

Судя по отвратительной маскировке, дары смотрителю притащили совсем недавно, стало быть – продался. Еще бы выяснить кому.

И тут наблюдатель предложил:

– Слушай, дружище, может ты о чем-нибудь другом спросишь, а? Слыхал я тут одну распрекрасную девицу недавно умыкнули.

“У кого чего болит, тот о том и говорит, – мысленно хмыкнул Сирин.”

– Дай угадаю, у тебя есть важные сведенья по этому делу? – ехидно предположил он, начиная догадываться за что ему богатство перепало.

– Конечно есть, как им не быть-то, я же смотритель.

– Тогда давай, выкладывай. Кого умыкнули? – Сирин добавил в голос ленивых ноток, будто бы ему совсем не интересно.

– Алёнушку, это почитай первая красавица столицы...