Шолох. Теневые блики

Помолчав, он с неохотой выдавил:

– Мои сновидения…

Майский ветерок сменил направление, и брызги водопадов окатили нас радужной пылью.

Вдруг Дахху прорвало:

– Помнишь, я сказал, что у меня был «божественный сон»? Я имел в виду именно это. Бокки что‑то сделали со мной. Раньше мне почти никогда ничего не снилось. Я думаю, это связано с тем, как погибли мои родители – тот волкодлак напал на нас ночью, и, если бы не рассвет, я бы тоже не выжил. Не люблю спать, сама понимаешь. – Дахху тревожно коснулся шарфа.

Затем продолжил:

– И тут, после встречи с бокки, я начал видеть сны.

– И что там происходит, в этих снах?

– История! – возликовал Дахху.

Я опешила:

– Что?

– История. Я вижу Мудру – сожжённую столицу Срединного государства. В ту эпоху, когда она ещё процветала. Я вижу, как хранители жили бок о бок со срединниками. Тинави. – Он выдержал торжественную паузу. – Я вижу прошлое.

Я почесала макушку и завалилась на спину. Синее небо развело облаками, как руками, подтверждая: да, малышка, для меня это тоже неожиданный поворот.

Дахху не на шутку разволновался – вскочил и забегал как укушенный:

– За эти ночи я успел подсмотреть за каждым из богов‑хранителей. Я встретил сияющую Авену на волшебной рыбе, в золотых доспехах. Следил за играющим в карты, откровенно жульничающим Рэндомом. Я видел Карланона с двуручным мечом, на страже света, как всегда одинокого. Нежную Селесту. Веселую Дану. Я смотрел, как Теннет чутко вслушивается в небо, ждёт опасности… Это просто невероятно! Я ходил вслед за богами, любовался… И всё так чётко! Я даже могу перечислить названия улиц Мудры, по которым гулял, представляешь?

– Ты настолько хорошо помнишь её карты, которыми нас мучали на лекциях по истории?

Дахху улыбнулся, польщённый моим предположением.

– Нет, конечно! За всё надо благодарить бокки. Это они показывают мне сны. Сопровождают меня. И я не должен лечить руку, иначе сны пропадут и я не смогу выполнить своё предназначение.

– Какое предназначение? – Я напряглась, потому что ненавижу всякие фантазии про «избранных», «на роду написано» и прочее.

Человек сам вершитель своей судьбы, и точка. «Предназначение» в большинстве случаев – приманка извращённых сект.

Дахху явно смутился:

– Ты знаешь… Я решил всё‑таки написать «Доронах».

– ДА ЛАДНО?! – Я аж поперхнулась от неожиданности.

Друг смутился ещё больше.