Странница

Любе очень хотелось спросить, как она, обычная девочка, может помочь целой Солнечной стране. Но возражать гостеприимному деду не хотелось. Объяснить, что произошла досадная ошибка, можно и попозже. Как знать, вдруг эти гномы помогут ей вернуться домой?

***

Когда Даньяр выпил лекарство, они втроем прошли по уже знакомому коридору, заставленному кадками с растениями, в просторную кухню. По дороге дед предложил им обуться. Тогда Люба с радостью надела на ноги вязаные шлепки. Это была вынужденная мера. Среди растений в кадках попадались и хвойные, раскидавшие острые иголки по всему полу.

Стол накрывала чистая скатерть. Над ним покачивались бумажные фонарики в форме птиц-однокрылов. Сквозь распахнутое окно проникал легкий ветерок.

«Вполне обычная кухня. Разве что вместо электрической или газовой плиты у них – глиняная печь…»

При виде блюд, расставленных на столе, у Любы засосало под ложечкой. Чего здесь только не было! Ароматная картошка, соленые огурчики, круглый зерновой хлеб свежей выпечки, чесночный хлеб, кусочки вяленого мяса, тонко нарезанная копченая рыба, помидоры, печеные яблоки, пышный пирог с клубникой, маленькие чашки со свежими сливками и компот в высоком графине!

– Если она будет ужинать за мой счет, я за этот стол не сяду! – пошел в наступление Даньяр.

«Жаль, что оно не улучшило его характер», – вздохнула про себя Люба.

– Тогда ешь у себя в комнате! – рассердился дед.

– Вот и отлично! – мальчишка бросил обозленный взгляд в сторону притихшей, но уже примостившейся за столом гостьи. Потом решительно взял поднос и сгреб на него добрую половину содержимого тарелок вместе со столовыми приборами. Завершив «обирать» стол, Даньяр с оскорбленным видом направился к дверям:

– Пусть не поднимается в этом доме выше первого этажа. И спит в гостевой!

Дед, возмущенный до глубины души его поведением, только руганулся вслед.

Люба решила отбросить скромность и налетела на угощение, как ястреб на стаю сонных голубей. Она не знала, что принесет завтрашний день. Если бы та гадость в Мерлом лесу закончила свое мокрое дело, она бы, Люба, сейчас не наслаждалась вкусом печеных яблок и чесночного хлеба.