Странница

Их называют «лиловыми» или «пылай-камнями». Их тут сотни, и они нагревают воду.

Плоские камни, которые Даньяр назвал «лиловыми», имели в действительности темно-бурый цвет. Они были испещрены круглыми сквозными дырками, через которые на поверхность воды поднимались пузыри.

На другой берег реки можно было перебраться только на ковролете. Но Ярослав дал ему команду возвращаться назад, в дом Рэмов. Оказалось, у ковролетов есть лимит магии на день, и долгий спуск её почти исчерпал.

Они решили идти по песчаному берегу вдоль старого, сломанного в разных местах, железного ограждения. Люба ступала осторожно, стараясь не смотреть по сторонам. Но, порой, бросая взгляд на каменную стену слева от себя, она думала, что за время погружения под землю, утратила ощущение реальности. Ей казалось, что сейчас – глубокая ночь, и они бредут по старому кладбищу, вдоль бесконечного забора, освещаемого тусклым светом красноватых сумеречных фонарей.

Люба старалась шагать в ногу с Дэном и Ярославом, не отставая ни на шаг. Не хотелось показывать усталости. Не хватало, чтобы они делали ей скидки на то, что она – девчонка. В какой-то момент дорога стала казаться ей бесконечной, а ощущение изоляции от остального мира усиливалось с каждой минутой.

У Любы никогда не водилось фобии закрытых пространств. В пятом классе они ездили на экскурсию в Сьяны – местечко в двадцати километрах от Москвы.

Красиво, конечно – потолки удивительные, словно выложенные узорной плиткой. Природная резьба, которую не повторить даже искусному скульптору! А если фонарики погасить – вообще шик. Некоторые считают, что в таких вот заброшенных, редко посещаемых пещерах, можно столкнуться с высшим разумом.

Единственное, чем отличалось подземелье Солнечной страны от Сьян – ходить здесь было легко, благодаря высоким потолкам.

Временами на Любу накатывало ощущение, что они здесь не одни. А чьи-то недобрые глаза неотрывно наблюдают, с тех пор как они спустились в подземный мир.

Дорога внезапно закончилась. Река, огибая берег, с ревом уходила под камни.