И.о. поместного чародея-2

А вот увидь я тебя такой, как сейчас, мог бы и усомниться – столь сурово твое лицо. Честно сказать, я не верил, что мы еще когда-то повстречаемся...

– О, ты сделал для этого все возможное! – перебила я его язвительно.

– ...И мне стало интересно, как ты назовешься на этот раз, – Искен был невозмутим, и от этого перед глазами у меня все застилала красная пелена. – Почему-то я был уверен, что ты вновь затеяла какую-то игру.

– Значит, игра... – я из последних сил сдерживалась, чтоб не опуститься до площадной ругани, словечки из которой так и жгли мне язык.

– Что ж, маги часто думают, что всего лишь играют, когда губят чужие жизни.

– Стало быть, ты все еще ненавидишь меня?

От этого вопроса я должна была окончательно взбеситься, но странным образом он меня успокоил.

– Что ты, Искен! – усмехнулась я, складывая руки на груди и делая шаг вперед. – Я бы могла ненавидеть тебя, будь мы ровней. Но я не тех благородных кровей, что проливаются на дуэлях, тем более, что у меня не имеется родственников, готовых обнажить свое оружие в защиту моей несуществующей чести.

И я не той чародейской породы, что имеет право на месть обидчику вроде тебя. Ты умело выбрал себе врага в моем лице, каждый, должно быть, мечтает о столь беспомощном противнике. Что проку мне тебя ненавидеть, если я все так же бессильна с тобой поквитаться? Я просто хотела никогда с тобой не встречаться, не вспоминать твое имя, не видеть твоего лица, ведь ты и твое предательство – это самое гнусное и мерзкое, что со мной случалось.

– Выходит, из нас двоих только я рад нашей встрече, – он вновь улыбался, и я в который раз подумала, как же мне ненавистна эта чародейская манера пропускать мимо ушей ту часть речи собеседника, в которую тот вложил большую часть своих стараний.

– Еще бы, ты ведь в очередной раз можешь отправить меня в Армарику, – я с вызовом смотрела на него, не желая показаться испуганной и растерянной, как оно было на самом деле.

– А если я скажу, что не желаю тебе оказаться в Армарике, – медленно произнес молодой чародей, искоса глядя на меня, – и что сожалею о том своем поступке, то ты поверишь мне?

– Разумеется, нет! – я даже сплюнула от отвращения.

Красивое лицо Искена оставалось безмятежным, и не будь между нами того прошлого, что делало его в моих глазах омерзительнейшим изо всех известных мне существ (а я повидала немало всякой нечисти, уж поверьте), я бы потеряла голову точно так же, как это случилось пять лет назад.