И.о. поместного чародея-2

Во время симпозиумов не так уж часто случалось что-то интересное для тех, кто вынужден был присутствовать на них по долгу службы, поэтому отповедь эту многочисленные преподаватели и должностные лица выслушали куда внимательнее, чем доклады. В рядах тут же началось шушуканье и послышались смешки. Я знала, как болезненно самолюбив и горд Искен, и едва могла поверить, что он добровольно согласился на подобную унизительную роль.

– Теперь мне все это не нравится еще больше! – воскликнул Мелихаро вполголоса.

– Боюсь представить, ради чего он согласился заплатить такую цену!

– Не все ли равно? – легкомысленно откликнулся Леопольд. – Может он и впрямь всего лишь влюбленный идиот?

– Вот уж нет, – резко отвергла я это предположение, раздражение мое нарастало с каждой минутой, несмотря на благополучный для нас исход. – Даже когда он и впрямь влюблялся – если то можно было назвать любовью – то оставался весьма разумным человеком, уж поверьте моему опыту. Здесь таится какой-то расчет, я уверена.

– Надо убираться из Изгарда, пока не поздно, – в очередной раз повторил демон.

– А мне начинает нравиться аспирантура, – сообщил Леопольд, явно припомнив аплодисменты, которыми был награждено его выступление. Я невольно поежилась от этих слов, и решила, что сегодня вытрясу из Искена правду, какой бы неприятной для меня она ни оказалась.

...В дом Аршамбо мы вернулись все вместе. По взглядам, которые бросал на своих аспирантов мрачный магистр, можно было без труда понять, что он понимает – под его носом происходит что-то весьма подозрительное.

– Извольте объясниться, молодой человек! – сурово обратился он к Искену, едва мы очутились в гостиной. – Я с уважением относился к вашему нежеланию показывать мне некоторые результаты ваших исследований. Мне ли не знать, как опасно для молодого ученого выкладывать все карты на стол? Разумеется, мне были обидны ваши подозрения – я не из тех научных руководителей, которые присваивают себе результаты работы своих аспирантов.

Но, повторюсь, я хорошо знаю нравы, царящие нынче в научной среде, и поэтому не удивлялся тому, что вы не желаете показывать мне свой доклад до последнего. И что в итоге? Скандал! Да еще в присутствии едва ли не всей Академии! Как вышло так, что прекрасный доклад о храме написал мессир Леопольд, а не вы, несколько недель кряду изучавший развалины?!

– Прошу простить мое легкомыслие, – ответил покорно и безразлично Искен, не пытаясь оправдываться.