И.о. поместного чародея-2

Как он ни старался сохранить все тот же невозмутимый, чуть насмешливый вид, лицо его немного побледнело на пару мгновений, и я почувствовала болезненное удовлетворение от того, что мои слова попали в цель. Но затем он тут же улыбнулся, непринужденно развел руками и произнес:

– Ну что же, раз ты не веришь в то, что я мог измениться, попытаюсь тебя переубедить поступками, а не словами. Насколько я понимаю, ты вновь обманываешь Лигу и Академию. Я обещаю выполнить три любые твои просьбы – чего бы они не касались. И ты сама убедишься, боюсь ли я сейчас нарушать законы Лиги или нет.

Я вздрогнула. В предложении Искена, с первого взгляда казавшегося весьма благородным, на поверку таилась ловушка. Попросив его о чем-либо, я, во-первых, уступала ему, а во-вторых – ставила себя в прямую зависимость от доброй воли чародея. Да, Искен мог прямо сказать, что сохранит мою тайну в обмен на какие-либо услуги с моей стороны, но он поступил куда хитрее, делая из меня не врага, но просителя. Имелась ли у меня возможность отказаться? Разумеется, я все еще могла сбежать в неизвестность.

Но было ли это лучшим выходом? Вдруг Искен и впрямь поможет мне, всего лишь желая загладить причиненную обиду? Я испытующе смотрела на ясное лицо чародея, на котором не отражалось ни единой дурной мысли, и чувствовала, как яд, вкус которого мне был уже знаком, отравляет разум.

– Согласна, – сказала я, замирая от страха, что совершаю ошибку.

– Ты не пожалеешь, – Искен протянул мне руку, которую я пожала, сделав над собой очередное усилие.

– Итак, что мне написать в ответном письме магистру Аршамбо, дорогая Рено? Ведь я правильно угадал, что твоя первая просьба будет касаться письма?..

Мне ничего не оставалось, как признать его правоту – чтобы продержаться при магистре Аршамбо хотя бы пару недель, содействие Искена, к сожалению, было необходимо. Письмо становилось началом цепочки вранья – фактически Искен сейчас согласился покрывать моего сообщника, кем бы он не являлся и какие цели не преследовал, и это было весьма щедрым предложением с его стороны.

– Три просьбы? – только и спросила я.

– Когда помогаешь людям, не обозначив перед тем какие-либо рамки, они склонны этого не замечать и многое забывать, – тон Искена был шутливым, однако не стоило заблуждаться по этому поводу, я уже хорошо знала эту чародейскую манеру словно невзначай указывать собеседнику на его место. – И, к тому же, ты будешь хорошо обдумывать свои пожелания, не беспокоя меня по пустячным поводам.