Худший из миров. Книга 1.

Быка отдафнуть.

— Ничего себе! — удивился Командор, — это кто у нас там такой красноречивый?

— Это — легр, ты его видел в казарменном дворе, он у нас за кучера.

— Правильно говорить, — мы у него за охрану, — поправил товарища Гудвин.

— А с речью-то что? Он из средней Азии?

— Нет, просто он из местных, — пояснил Мерин.

 Командор не понимающе смотрел на охранников.

—  Понимаешь, Командор, есть игроки, а есть местные, они часть этого мира.

Командор утвердительно мотнул головой:

— Теперь понятно.

— Ладно Мерин, надо дров набрать и костер развести.

 Охранники скрылись из виду, а Командор так и сидел в дверях. В темном углу фургона явно творилась какая-то вакханалия. Оттуда доносились постанывания и возня. Тяжелое дыхание гоблинши сменялось стонами. Командор здесь был явно лишним, но пеструю парочку это не чуть не смущало. Чтобы как-то отвлечься он решил прочитать письмо. Автор послания был не известен и сердце О. Бендера бешено колотилось, выдавая безумный ритм.

— "А вдруг это она, может все-таки у нее остались ко мне чувства"?

 Командор разорвал конверт и развернул письмо.

 Доброго времени суток. Пишет вам близкий человек нашей общей знакомой. Прошу прошение за случившееся — это моя вина. Я по дурости рассказал ей о нашей встрече. Я очень сожалею и еще раз приношу свои извинения. Наша общая знакомая всегда была чересчур импульсивной. Не держите зла. Когда вы выберетесь напишите мне письмо с вашими координатами, и я постараюсь передать вам то, что не успел.

 Сердечко перестало бешено колотиться. Последняя ниточка была разорвана окончательно.

 Шура с гоблиншей закончили договариваться, и компаньон уселся рядом с Командором засунув ноги в клети решётки, свесив их на край фургона.

— Что пишут? — Как ни в чем не, бывало, поинтересовался Шура.

— Пишут, Шура, как нам деньги забрать.

— Значит, ниточка порвана? — понимающе произнес Шура.

— Не будем о грустном. Как прошли переговоры? Судя по стонам, вы достигли определенного компромисса?

— Уважаемый Командор, джентльмены не хвастаются своими победами, — Шура посмотрел на О. Бендера взглядом полным достоинства, — но слава богу мы не джентльмены. В общем наша попутчица там трудилась жрицей любви.

 Жрица сидела за спинами компаньонов и все прекрасно слышала. Она даже собиралась вмешаться в разговор, но Шура ее опередил.

— Помолчи, милая.