И.о. поместного чародея

Посчитав, что этой подготовительной работы будет достаточно, я распахнула калитку и, преисполненная достоинства, прошествовала через сад к крыльцу, моля всех богов, чтобы меня не стошнило на полпути. Виро и Констан следовали за мной, донельзя серьезные и понурые. Господин Теннонт, не шелохнувшись, провожал нас пристальным взглядом, сочащимся холодной ненавистью.

— Всю ночь, поди, не спал, бедолага, — пробормотал в землю

Констан. — Все нас, сердешный, высматривал…

— Непонятно, с чего он так беспокоился, — ядовито отозвалась я вполголоса.

Наступил самый драматический момент нашего возвращения, способный вогнать в нервическую дрожь даже самых отъявленных храбрецов. Мы вошли в гостиную, а господин Теннонт весьма шустро переместился на софу посреди комнаты, ибо отповедь с колченогой табуреточки, которая стояла у окна, была бы не столь величественна. Подобную внимательность к деталям нельзя было не уважать.

Констан изо всех сил молчал, изредка побулькивая от рвущихся наружу откровений; я же держалась развязно, решив, что человек (а уж тем более — маг), задумавший меня угробить, не заслуживает, чтоб я трепетала пред его грозным взором по всяким пустякам.

— Доброе утро! А знаете, где мы… — все-таки прорвало Констана, который даже глаза зажмурил, чувствуя, что более не в силах бороться с могучей силой, искушающей его выложить все впечатления от прошедших суток.

Я тут же наступила на его босую ногу и сладчайшим голосом осведомилась у Теннонта:

— Хорошо ли вам спалось?

Теннонт свирепо раздул ноздри, напрочь игнорируя мои попытки быть вежливой, и скрипучим голосом проповедника произнес, обращаясь к Виро:

— Я жду объяснений!

Если бы лицо Виро не было лилово-фиолетового цвета, то наверняка бы покраснело.

— Видите ли, некие непредвиденные обстоятельства…

Тут Теннонт наконец-то обратил внимание на нас с Констаном — совершенно неподходящих свидетелей для грядущего третирования своего доверенного лица. Он поперхнулся, довольно постно выругался и, не находя более слов, ткнул пальцем в сторону кухни. Виро покорно потрусил туда, а мы с Констаном остались в гостиной.