Напряжение на высоте

Потому как ни о каких зарубежных свершениях и думать было невозможно, не обеспечив надежные тылы на родине.

Отчего-то едва заметно улыбался князь Панкратов, глядя в экран принесенного ему ноутбука — равно как с робкими улыбками смотрели на экран из-за его плеча консультанты и аналитики. Может, радуется, что беда обошла его семью стороной? Этот живет войной, не бегая от схватки, но вот воюет всегда за себя.

Порывался встать, но снова садился за стол князь Давыдов. Ему принесли сотовый телефон, его переполняли эмоции и желание высказать все про Черниговских в Инстаграм — но телефон отчего-то сбоил, и Юсупов прекрасно знал, отчего.

Рвался бежать и искать спасенную дочь Еремеев — но к нему персонально пришли в гости люди от князя Мстиславского, уведшие его в сторону и что-то настойчиво ему говорившие. Зачем они тут? Вернее — как дети умудрились зацепить и эту влиятельнейшую семью? Спросить бы — да на плечи Юсупова отчего-то легла такая тяжесть, что не было сил встать на ноги.

Ладони то складывались под подбородком князя, то ложились на лицо, то не находили себе покоя на коленях. Внук ввязался в войну против имперского клана: сильного, могущественного, богатого ресурсами и союзниками — а значит, сейчас князь Юсупов дослушает плохие вести и пойдет завершать начатое молодой кровью. Они ведь пока слишком молоды и умеют лишь начинать — а вот умение завершать приходит только с годами.

Во всяком случае, он уже невольно начал подготовку к этому, сковав всех присутствующих общим делом и финансовым интересом — пусть готовил их не к этой войне, а к противостоянию с Аймара, принцессу которых похитил его внук — Аймара, которые тоже уже были в Москве всем своим боевым крылом.

Мгновение, когда набранный в легкие воздух должен был разразиться призывом к братьям на общую битву, был прерван самым печальным образом.

Князь Юсупов уже медленно встал на ноги, нависая над столом, привлекая взгляды и заставляя иных уважительно затихнуть, когда один из порученцев, чуть подрагивая руками, поднес ему трубку спутникового телефона.

— Вас император, ваше сиятельство… — упали слова в установившейся тишине.

И князь Юсупов принял трубку под общими взглядами, аккуратно сев обратно и уронив тяжелое, не предчувствующее ничего доброго «алло».

Потом были слова «Верно, это мой внук» — мрачные, словно признание вины.