Луковица

Чернокнижник со старой, звучной нормандской фамилией, на семью которого в Спиритуалистическом Обществе заведено дело. О самих Баллиолях Ребекка слышала впервые, она никогда не интересовалась колдунами и ведьмами — мать когда-то отсоветовала с ними связываться, и вплоть до знакомства с Блэр Ребекка этому совету следовала. Но Ребекка неплохо была знакома со старыми, известными в определенных кругах семействами. Они обладали силой, гордостью и репутацией, и они никогда не работали на тех, кто хоть в чем-то им уступает.

На кого же тогда работает Ваймунд Баллиоль? На Дьявола?

Отцу вполне бы подошло это прозвание.

Ребекка тряхнула головой, заставляя себя вернуться в реальность.

- Выше нос, девочка. Мы выберемся из этих неприятностей. Я не могу оставить дочь одну.

В эту минуту послышался уже знакомый звук: скрежет ключа в дверном замке. Первой вскочила проворная и бесстрашная Гленда — медиумам и вправду порой изменяет чувство опасности — и метнулась прочь из кухни. Ребекка догнала ее уже в холле. Человек, открывший дверь, успел ее захлопнуть и даже запереть, и ключ задевал куда-то.

Ребекка прикинула машинально и решила, что с мужчиной — пусть он и не производил впечатление атлета — им не справиться. Понимание, почему, пришло мгновением позже. Ребекка всегда ощущала опасность, и этот человек определенно был вооружен. Гленда, должно быть, тоже что-то почувствовала, потому что замерла на месте в самой напряженной позе.

- Дамы, - жизнерадостно поприветствовал мужчина, оборачиваясь. - Я принес завтрак.

* * *

- Как я и подозревал, этот разговор ничего не дал тебе, - покачал головой Бейли.

Они ехали в роскошном автомобиле — суперинтендант не обязан, очевидно, раскатывать по городу в старой развалюхе, памятной Ролану по годам юности — а за окнами проносились фешенебельные улицы Белгравии. Места эти нравились Ролану еще меньше, чем трущобы Ист-Энда. Там, в восточной части города, было жутковато, если так можно выразиться — исторически. И по-честному. Центральный Лондон успешно скрывал жуть за фасадом роскоши.

Немало отвратительных персон, и живых, и уже давно усопших, что встречались Ролану в жизни, с гордостью называли Белгравию своим домом.

- Я бы так не сказал, - покачал головой Ролан, рассматривая обманчиво-безмятежные улицы.

- О, ну конечно! - фыркнул Бейли. - Я тебе верю, Эйтли, и всегда тебе доверял, но… знаешь, чертовщина-то чертовщиной, но история высоченной фигуры…

- Седой и в саване, - с ухмылкой вставил Ролан.

- Вот именно, - кивнул Бейли.