Дым без огня

— Прости меня, — негромко сказал Охотник, когда старший захлопнул дверь. — Я снова не справился…

Тот только головой качнул, заводя машину.

— Тебе не нужно каяться, я не твой король, — сказал бесстрастно. — Ты сделал то, что должен был. Удержать падающий самолет никому из нас не под силу. Мы не боги.

Лихо развернулся, заложив петлю по парковке.

— Дым, соберись, пожалуйста, — попросил, посмотрев в зеркало заднего вида. — Обзор перекрываешь.

Руслан фыркнул, забрался на узкое сидение с ногами, прижался лбом к стеклу.

— Я правильно понял, что это все напоминает пожарище? — невзначай словно спросил Добрыня, притормаживая перед разворотом на Шолохова.

Охотник коротко кивнул, сверля взглядом дорогу. Руслан поморщился, вывернул голову, рассматривая красную вывеску магазина «Добрыня», хмыкнул, представив портрет старшего мага на билборде.

— Меня не только это волнует, — сказал Охотник негромко.

Руслан отлип от окна, откинулся на бок, чтобы видеть лица мужчин в просвете между сидений.

— На месте крушения… — Охотник сбился, коротко и неожиданно зло ругнулся на французском, выпалил с той же яростной энергией: — Актеон был там.

Машина не дернулась, не вильнула, но сжавшие руль пальцы Добрыни побелели.

— Это невозможно, — в ответе не было никаких эмоций, словно мертвый камень заговорил.

— Ты думаешь, я мог обознаться? — уточнил Охотник, развернувшись к нему всем корпусом.

Руслан задумчиво посмотрел на его сжавшиеся на коленях кулаки.

— Этого просто не может быть, — слова Добрыни звучали глухо и тяжело, словно рокот далекого обвала. В этот миг он вовсе не походил на студента-второкурсника. И на домовенка тем более, и даже на древнего идола. Его спокойствие было ненадежнее мыльного пузыря — а если лопнет, начнется буря.

Руслану казалось, что пальцы покалывало электричество. Хотелось сбежать на другой конец города, но стоило дернуться, как натяжение цепи стало отчетливым и непреодолимым.

— Если он смог как-то выжить… — Охотник не отступал, давил свое, как упрямый бычок пер вперед.

Ответ Добрыни упал мясницким топором:

— Андрэ, я сам его убил.

Руслану почудилось, что Охотник вздрогнул — от новости ли, или от обращения. Опустил голову, замолчал. У Руслана было много вопросов, но он не решился их задать.