Дым без огня

Разве что вороха курток на вешалке нет, и обувь хозяйская под ноги не кидается. Руслан не стал дожидаться, пока Охотник расшнурует свои берцы, просочился следом за Добрыней в большую комнату. Там царил полумрак, разбавленный только бледным свечением мониторов да одиноким торшером в углу.

— Воу, — вздохнул, не сдержавшись. — Вот это нора.

— Кто бы знал, чем тебя можно впечатлить, — усмехнулся Добрыня.

Мебели тут было всего ничего: мягкий, как большая зефирина, диван, на углу которого светился маленький ноутбук, да широченный стол напротив.

Добрыня сел в кресло, которое будто с космического корабля будущего сняли. Потянулся.

Охотник шагнул в комнату, низко склонив голову, чтобы не встретиться лбом с косяком. Скользнул быстрым взглядом по мониторам.

— Что тебя беспокоит?

— Аэропорт, — коротко отозвался Добрыня.

Охотник нахмурился, сплел руки на груди.

— С Платовым уже проблемы? Он же откроется только в конце года.

— Платов вне нашей юрисдикции, — Добрыня поморщился, махнул рукой, — Пусть его Новочеркасск с районами делит. Перестанут справляться — подключимся, но нам бы с городом разобраться…

Внимательно посмотрел на Охотника.

— Я про старый аэропорт, — сказал тише, внушительнее как-то.

Руслан тихонечко уселся на диван. Обивка предательски скрипнула, но маги не отреагировали: один продолжал сверлить собеседника взглядом, второй словно окаменел, уйдя в свои мысли.

— Поговаривают, что до недавнего времени его хотели сохранить, даже частично рейсы из него выпускать, — продолжил Добрыня, уперся локтями в колени, сплел пальцы, с упорством удава пялясь на жертву. — Но уже принято решение, что аэродром отдадут под застройку.

— Оно все-таки выползло, — выдохнул Охотник.

Добрыня кивнул.

— Пока всякие мелочи, дальше задержек рейсов и измотанных нервов механиков не заходило.

Охотник мотнул головой, короткая пегая косица ударила о плечо.

— Закрытие аэропорта фантом только подстегнет, — сказал глухо.

— А до Платова не так далеко, — кивнул Добрыня, — По прямой да по федеральной трассе.

Руслан с любопытством наблюдал, как начало темнеть лицо Охотника.

— Я подумал, ты захочешь сам разобраться с этой проблемой, — тихо сказал Добрыня. — Тогда ты не смог его выманить, но выследить сможешь, я уверен.