Дым без огня

Как он улыбнулся впервые в ответ: «Никуда я отсюда не денусь, пока земля стоит».

Радугу в небе, плечо к плечу.

Ливень — Актеон зажмурился, склонился почти в поклоне, не находя слов. Почувствовал ладонь Добрыни на своих волосах. Он смотрел за окно, на Дон и дальше, на далекие огни Батайска, на темную степь, тянущуюся до горизонта. Смотрел так же, как века назад.

Кабинка качнулась, колесо натужно скрипнуло — и встало. В воцарившейся тишине отчетливо слышалось гудение опор, гул поднимающегося ветра и испуганные восклицания.

— Сражаются? — спросил Добрыня, проследив его взгляд.

Он кивнул. Сжал ладонь, комкая в пальцах его футболку.

— Как ты потерял силу?

— Добровольно, — легко ответил он. — Иначе не выжил бы. Твоя подружка постаралась.

Актеон скривился.

— Прости.

Добрыня посмотрел на него, удивленно вскинув бровь, улыбнулся хитро.

— Если хочешь моего прощения — останови это, — попросил будто бы легко, но в глазах Актеон легко разглядел тень грядущей бури.

* * *Нужен был только один выстрел. В грудь или голову, это не сложно, как в центр мишени, всего с пяти шагов...

Инга не могла.

Тетива лопнула со щелчком, ударила по рукам. Когти Ним распороли куртку и, кажется, кожу — Инга не почувствовала боли, но на тусклой стали остались алые капли.

Ним слизнула их, улыбнулась жадно. Инга выхватила кинжал, но она легко отбила неумелый выпад, ударила ребром ладони по шее, а потом — коленом в живот.

Инга упала на газон в паре шагов от выхода с колеса обозрения, попыталась перевести дух, ожидая нового удара. Но Ним медлила, разглядывая ее.

— Страшилище, — протянула задумчиво, подцепила кончиками когтей подбородок. — Какая же ты все-таки никчемная.

Подняла взгляд на колесо, улыбнулась предвкушающе.

Скрип был неразличим за музыкой и гомоном, наполняющим парк, но Инга услышала, так отчетливо, словно была одной из деталей механизма. Схватила Ним за руку, рванулась вперед, со всей дури всадила кинжал под ключицу.

Она вскрикнула, толкнула Ингу прочь. Бордюр ударил под лопатки, в голове затрещало, затылок залило тупой болью. С трудом приподнявшись на локтях, увидела, как Ним выдергивает кинжал, сминает в ладони, точно бумагу.

Она смотрела на Ингу с такой ненавистью, какую в ней никогда нельзя было представить.

— Я была лучше, — процедила она зло, сделав шаг. — Я была сильнее!

Инга с трудом поднялась на колени, сосредоточилась.