Иконоборцы

Тот опять беспокойно заворочался своей немалой тушкой в гнезде примогенского кресла и, как показалось, постарался ужаться в размерах, видно было, что он не в восторге от этого заявления.

«Да когда ж ты лопнешь-то? Терпеливый ты наш, – рассержено подумал Камил и испытал легкое покалывание в груди, где беспокойно заворочался успокоившийся было Зверь, – Та-ак, спокойно, спокойно, пока не время».

- Я предлагаю выбрать нового князя! – резкий голос Регента, похожий на карканье ворона, врезался в гвалт сородичей и проделал в нем изрядную брешь.

«Пора перехватывать инициативу, – подумал Камил, – а то они сейчас тут нарешают. Хватит с меня этих вентру. Надо подкинуть им какую-нибудь жвачку».

– А я предлагаю выяснить, что стало со старым! – рявкнул он и перехватил внимание на себя, – Для чего провести расследование, а пока – суть да дело – выбрать исполняющего обязанности князя на период расследования. А то – что за справедливость в нашем домене? Хлопнул князя и  вперед, к трону? Так дела не делаются, и вам, Вентру, это положено знать, – давил свою линию Камил, от души надеясь, что хоть часть этой своры в последнее время вовсю накачивалась полночными детективными сериалами и  сходу не распознает подставы.

– Да-да! К черту Вентру, с их дебильными играми, – затявкали из своего угла гангрелы, – Даешь расследование! Пора прищемить хвост стервецам! Отомстим  за князя!

– А можно ли убедиться в подлинности завещания? – подал голос темноволосый красавчик в белой рубашке с воротничком стоечкой, примоген клана Розы и главный шип в заднице Камила, Николай Темноветров.

– Это Ее почерк, – ответил Хранитель, – и Ее подпись…

– Или очень похоже на ее почерк и ее подпись, – ввернул Камил, от души развлекаясь, – И найдите уже Шерифа, где его носит, когда наших бьют? – С этими словами он зыркнул по совету, как бы выглядывая кого-нибудь, желающего подраться прямо здесь и сейчас.

Разочарованно вздохнув, он поудобнее устроился в своем кресле и продолжил наблюдение за пущенной им телегой. Та постепенно набирала ход, вовсю скрипя колесами на ухабах старых раздоров. Сородичи толклись по углам, переглядывались, вовсю пошли шепотки и перемигивания. Затевалась буча. Хранитель тоже уловил признаки разброда и попытался консолидировать собрание, призвав всех к порядку.