Об одном звонке

Ещё не согласившись работать вслух, она как-то вдруг изменилась внутренне, даже неожиданно для себя, и принялась с ним соглашаться. Да, мол, ничего страшного.

– Никаких рисков для тебя лично, – убеждал Филипп.

В конце концов, у Киры мелькнула глупая наивная мысль, которой она попыталась оправдать своё решение: «поработаю пару месяцев, да уйду, может и заработаю».

– Если не получится, получишь отступные. Для этого надо иметь талант, мы понимаем, что не всем, так сказать, дано…– Филипп подтвердил тогда её мысли.

И Кире придётся признать для себя, уже начав работу, что она купилась на слово «талант» как самая нелепая идиотка на свете. Но больше – жадность. Себе Кира этого не прощала. Она пыталась верить в то, что у неё ничего не получится, но вдруг…получилось.

Первый же звонок, предлагающий недавно ушедшей на пенсию женщине, пройти диспансеризацию, оказался успешным. Кира включила всё актёрское мастерство, изображала сотрудницу больницы, всерьёз приглашающую на плановый осмотр постоянную жительницу района.

Женщина всё продиктовала, Кира записала, положила трубку, пообещав запись, передала данные довольному Филиппу.

– Умница! Ловка! – похвалил он её.

Впрочем, сначала получалось у всех. Первые клиенты были подставными. Ловушку надо было показать простой и заманчивой, принести деньги, много денег…

Кира никогда не забудет этого внезапного счастья, когда Филипп положил ей на стол пухлый конвертик и посоветовал:

– Ты не думай о том, что было.

И не забудет, как согласилась. Ей казалось, что эти деньги будут жечь карман, или что она, выходя из невзрачного «Мира подушек», сотрудницей которого она теперь официально числилась, будет клеймена взглядом прохожих, точно знающих, что она сделала.

Но деньги карман лишь тяготили, а прохожие её не замечали. А ещё деньги очень быстро ушли. К тому моменту у Киры было уже два «закрытых» проекта. Вот только конверты были разными.

– Убедительнее, не тараторь, но будь раздражительной, как реальный сотрудник, – наставлял Филипп.

Он вообще сделался требовательным. И теперь Кира всё чаще ловила себя на том, что редко слышит его похвалу, зато часто – змеиный голос.