Сестра печали любовь

За ним и над ним парили в небесах золотые луковицы Преображенского собора. Как же давно я не была в кино! – подумала и печально вздохнула Тамара. И ведь некому сводить! Но вспоминать о грустном совсем не хотелось, поэтому, сделав заметку на будущее, что, когда вернется Сережа, они обязательно сходят с ним в кино, вот в этот кинотеатр, что бы в нем тогда ни шло, она повернула налево и вдоль темневшей за забором громады здания теплоэлектростанции спустилась к Центральному мосту.

По мосту были проложены рельсы, и по ним, осторожно скатываясь с высокого городского холма, перебирались на другой берег реки трамвайчики.

Свежий-свежий ветер, открытый простор и чувство полета!

Ветер бодрил, холодными ладонями касался щек, но испугать не мог. Тамара куталась в пальто, прикрывала лицо воротником, и улыбалась. В ветре, несмотря ни на что, чувствовалась будущая мягкость, и это тоже была одна из примет грядущих перемен.

На середине моста она оглянулась и едва не задохнулась от восторга. С этой позиции открывался отличный вид на городской холм. И кинотеатр, и собор, и здание иезуитского коллегиума показывали себя наилучшим образом. Словно три богатыря они стояли на страже былого и былинного.

За мостом Тамара свернула налево и пошла по высокой набережной, отмеченной балюстрадой и воздушными беседками-ротондами на всем протяжении. Здесь дорожку от снега никто не убирал, не чистил, он частично стаял, но местами превратился в неровную наледь, идти по которой следовало осторожно, чтобы не поскользнуться.

На противоположном берегу реки во всей своей красе, как на полочке под зеркалом, лежала перед ней Урушалимка. Пестрая куча разноцветных коробок и игрушечных домиков, с величайшей осторожностью поставленных один на другой. Проходов между домами, казалось, не было совершенно, только стены, крыши, окна и темные кипы кустов и деревьев, как естественный уплотнитель, забивали имевшиеся промежутки.

Тамара не могла понять, отчего же ей так нравится вот это все, что она видит? То ли чувствовала свою сопричастность, то ли просто такой день случился, когда нравится все. Но ей Урушалимка нравилась всегда... Непонятно. Но приятно.