Время Крысолова

Провинциальный налет воспринимался публикой как милая сердцу экзотика. Эта экзотика с оглушающим эффектом упрощала наряды и этикет. И на сидящую одиноко даму никто не обращал особого внимания. Публика прихлебывала из бумажных стаканчиков ледяную, с тошнотным запахом серы водичку, мило болтая и смеясь, и ни одна холера даже не задумалась: а вдруг помирает человек!

— Ли-иза!.. О господи!.. Как ты здесь... тебе плохо?!

Она подняла глаза. Увидела над собой склоненное лицо, наполненные почти искренним беспокойством блекло-голубые глаза, убранные под вуальку шляпки волосы, ощутила исходящий от этих волос и от серой норковой горжетки слабый запах духов.

И ухватилась за это нежданное участие, как за соломинку.

— Да. Мне плохо. Мне очень плохо.

***

— Присаживайтесь, барышня.

Переполненный вагончик монорельса тряхнуло на повороте, вильнули, чтобы тут же уплыть в туман, бело-голубые, в прозрачной дымке весенней сайвы, горы и арки виадуков. Лиза подавила в себе приступ тошноты. Место ей уступил сухонький, с полированной массивной тростью дедушка — из тех, что называют старой гвардией.

И сейчас нависал, с удовольствием любуясь, как возвращается на щеки спасенной моны румянец. И хотя румянцу было всего ничего, и любоваться, по справедливости, следовало больше Марфой — Лиза узнала ее с большим трудом и далеко не сразу — от всего этого накатывало теплыми волнами ощущение странного покоя.

А Марфа была хороша. Повстречайся они в толпе, Лиза скользнула бы по этой дорого и со вкусом одетой женщине равнодшным, исполненным легкой зависти взглядом, по достоинству оценила бы шляпку и тонкий шлейф духов.

.. и все.

А ведь когда-то незапамятно давно она была просто Муся. Аптекарка из Ле Форжа, в доме которой постоянно толклась молодежь из Круга. И именно в этот дом бывший магистр Вторжений Даглас Киселев, а тогда просто мичман второй статьи, принес государыню, найденную им без чувств в развалинах маяка под Эйле. Наверное, именно с того самого момента Лизина судьба пошла наперекосяк.

Ведь не заставь ее те люди, которые явились за государыней, поехать после учиться в созданный директором Ковавльским Корпус, все могло бы сложиться иначе. Наверное, тогда она была бы счастлива. Или нет?

Старичок тронулся к выходу. Дребезжа звонками, трамвай остановился на площади перед местной мэрией. Выглянув в кристальной чистоты окошко, Лиза увидела очередной фонтан, лавочки, вычурное, в завитках, колоннах и пухлых мраморных ангелочках, здание.