Время Крысолова

Заместителя ей не хватает.

На лестничной клетке было полутемно и пахло застарелым табачным дымом. Хальк привычно уселся на подоконник и поставил рядом с собой недопитую бутылку с коньяком. Бутылку они прихватили с кухни. Сказали Белке с Асей, что им нужно приватно поговорить.

— Тебе придется согласиться на эту должность, — сказал Ян Сваровски. Очень твердо, как о давно решенном деле, и стал смотреть в окно, на разливающиеся поверх розоватых тополевых крон синие сумерки. – И не надо мне ничего доказывать.

Отсюда, с третьего этажа, не было видно ни города, ни неба – только загорающиеся желтые окна в соседнем доме.

Когда-то каждый новый мир, вырастающий из черных букв на твоем листе бумаги, казался тебе таким же окошком. И думалось, что можно подойти ближе и заглянуть. И если повезет, тебя заметят и, вполне вероятно, позовут пить чай.

Вместо ответа Хальк скрутил и сунул под нос маршалку смачную фигу.

— Понял? Хватит с меня.

— С голоду помрешь.

— Не помру. Буду жить на наследство супруги.

— Чего? – спросил Ян, и взгляд серых глаз за стеклами очков сделался растерянным. – Какой супруги?

— Покойной, — сказал Хальк со всем возможным цинизмом. – Поди, у моны да Шер добра осталось – целое королевство. Ты не знаешь случайно, кто у нее в душеприказчиках?

— Старший Сорэн, — ответил Ян механически.

— А младший?

— Гай? Гай у нас теперь департаментом печати и безопасности заведует. Ты как-то… пропустил его назначение.

— Я в тюрьме сидел, — сказал Хальк, поудобнее устраиваясь на подоконнике и задумчиво прихлебывая коньяк.

— И там сильно повредился в уме. Я понимаю, оно никого не красит… кстати, ты бы и дальше там сидел, если бы я не вмешался.

— Спасибо. И в благодарность за это ты хочешь, чтобы я пошел учить несчастных студентов. Пан маршалок, наверное, полагает, что мне больше нечем заняться.

— Пан маршалок думает, что это наилучший расклад.

— Ты воображаешь, что ректоров или их заместителей невозможно снять с должности и сунуть в казематы Твиртове? Или куда там еще… Для кого этот расклад наилучший?

— Для тех, кому повезло уцелеть, — сказал Ян.

Хальк молчал. Небо за его плечами стремительно набирало синеву, темнело. Из тополевых крон влажно подмигивала звезда.