Иван Каляга

Неужели тоже мутант? Прорывы в точечном матерно-генетическом воздействии позволяли практически любым двум существам иметь потомство, но к такому потомству относились со страхом и опасением, что рано или поздно вся Земля будет населена химерами.

— Прошу прощения, не желала ни его, ни тебя обидеть. Не для протокола, но это меня ваш участковый из себя выбил. Меня Шаррат зовут.

— Дикина, — «ланьчица» подняла приветственно руку, потом подкатила носилки к мерзотным останкам, присела около них и с медицинским беспристрастием осмотрела, провела над ними дозиметром.

— Нет, недавнего воздействия мутагенов не чувствуется, он был таким сразу. Бедняга.

Шаррат не стала ничего комментировать — по её философии, всё в жизни зависит вовсе не от анатомии, а от твоих собственных мыслей и желаний. Захочешь, даже с тележкой вместо рук найдёшь себе достойное место в жизни.

— Это первое такое нападение, Дикина?

— Вот это — первое, — она поясняла то, что по-хорошему должны были рассказать милиционеры. — Совершено под утро этого дня.

Потом, днём, так же убили двух милиционеров на патруле, поэтому не обессудь их сослуживцев. Сейчас все нервные…

— Плохо, — аж три смерти в один день были таким событием, которое может испортить настроение любому, всё понятно… Я только приехала, не подскажешь, где тут местный филиал МагКонтроля?

Дикина помотала головой:

— Двенадцать тысяч населения, какой филиал? Только одна дежурная Яга, зайди в избушку на Речной улице.

Глава Буки-бяки

Под «дежурной Ягой» имелся в виду маленький опорный пунктик со штатной колдуньей или ведьмой, причём не обязательно женского пола.

Однако тут Шаррат увидела настоящую избушку, правда, отнюдь не зловещую, а вполне себе добротный домик.

На веранде за идолами Велеса и Перуна пили чай и переговаривались молоденькая человеческая девушка с длинными русыми кудрями и зелёный мохнатый драконоподобный гуманоид с острой мордой. На обоих были надеты венки сиреневых медовников — не то чтобы официальный опознавательный знак сельских ведарей, но всё равно способ выделиться и обозначить статус.

Чай пах мятой и мёдом, это Шаррат чуяла даже с улицы.

— Эй, не стой за забором, заходи! — девушка обратилась к Шаррат, после чего вернулась к прерванному разговору. — Я не могу дать тебе разрешения присутствовать. Ни одна книга не стоит нарушений древних законов, мой друг.

— Но писатель должен создавать книги только о том, что знает лично, — возразил мохноящер.

— Пиши по материалам.