Бабушкин ведьмак

Бабушкин ведьмак

Татьяна Охитина

Глава 1

Иван бежал по залитому луной полю. Бежал из последних сил, пытаясь собрать воедино обрывки мыслей. Преследователь настигал, обдавая спину холодом — еще чуть-чуть — и догонит.

— Убережай, ветруница, от тя, ворога! — не сбавляя скорости, выдал Иван очередную версию.

Презрительный хохот стал ему ответом. В плечо вцепилась ледяная рука…

— Да чтоб ты сдох, паршивец! — взвизгнул Иван, вырываясь, и припустил еще быстрее, откуда только силы взялись. Запоздало подумал, что снова ляпнул глупость — паршивец сдох уже давно, оттуда и проблемы.

Поле кончилось, совсем близко засверкали редкие деревенские огни. Выскочив на дорогу, Иван бросился вперед — бежать по дороге было легче — пулей пролетел всю улицу до конца, метнулся к калитке крайнего дома, забежал во двор, влетел на порог и заколотил кулаком в дверь.

Долго стучать не пришлось — та почти сразу распахнулась, и над головой пролетел веник.

— Пошел прочь, окаянный!

Позади послышался вой, и тут же оборвался — Иван ввалился в избу, захлопнул за собой дверь и наконец-то перевел дух.

— Дурень, — буркнула бабуля. — Учу тебя учу, а толку нет. Вот помру, что делать будешь?

Сбросив кроссовки, Иван отправился следом за ней на кухню и плюхнулся на табурет, чувствуя себя совершенно разбитым. — На, читай, — на стол перед его носом упала книга — толстая, в кожаном переплете, — глава пятая, «Неупокоенные сущности».

Иван застонал, но, зная, что сочувствия не дождется, принялся за поиски нужной главы.

Бабуля тем временем принялась греметь посудой, собираясь то ли наводить порядок, то ли что-то готовить — в это он вникать не стал, зная, что его все-равно не отпустят, пока не сделает то, что велено.

И не заметил, как увлекся — вернулся в реальность, когда на столе возникли тарелка с блинами и кружка с чаем, судя по запаху, травяным.

— Ну что? — спросила бабуля, садясь напротив. — И где ты ошибся в этот раз?

Иван вздохнул, проще было сказать, где он не ошибся. Точнее, промолчать, потому что говорить в этом случае было бы нечего. Но от него ждали ответа, и изображать немого он не рискнул.

— Первое, — произнес он, уперев взгляд в столешницу, — я не определил тип призрака. Второе, я испугался.