Иван Каляга

Его мощи растащили по округе, чтобы они её оберегали, но по итогу это и создало проклятие.

— Они сделали духа местности из православного святого… — догадливо прищурилась в туман Шаррат. — Не удивлена, что он обиделся.

— Темнота накапливалась в землях и водах веками, теперь её так просто не изгнать. Тем более так, чтобы не повредить округе. Но всё равно, Каляга не стал бы по доброй воле убивать невиновных. Я знаю в округе лишь одного колдуна, кому хватило бы мощи и наглости его заставить… — Аларик, наоборот, вгляделся во мгу над берегом.

Фамилия вроде бы самая обыкновенная, но Шаррат почему-то аж передёрнуло от неё. Хотя тут скорее не фамилия виновата, а энергетика колдуна.

— У нас в МК учили, что вламываться в двери могущественных магов — занятие так себе. Лучше сначала попробовать с ним по-доброму поговорить, а потом уже голову откусывать.

— Мне и неизвестно, где он сейчас обитает. Поэтому начнём со снятия проклятия. Но это уже завтра.

— Я найду. Командировочных, к счастью, выделили столько, что при необходимости я могу себе купить квартиру, не то что снять.

— Даже посреди ночи? — Аларик застегнул куртку.

Вместо ответа драконесса воплотила в своей лапе смартфон и включила приложение поиска жилья.

* * *

То ли других приемлемых вариантов не отыскалось, то ли Шаррат не собиралась сорить деньгами, но по итогу она сняла спальное место в пустовавшей ночлежке у старого заводчанина.

Что же, простенько, но со вкусом… Так решила самка, осматривая комнату, которая совсем не тянула на номер «люкс». Да что там, на три звезды не дотягивала…

К утру туман только усилился, достигнув стадии мокрой ваты по прозрачности. Это не казалось естественным.

Протерев прямо лапой пыльное окошко и приложившись к холодному стеклу, Шаррат оглядела сумрачный мир, давящий уже только одним своим видом.

Глава Добро пожаловать, или посторонним вход воспрещён

Штаб расследования Шаррат расположила прямо в снятой спальне. Яга слишком далеко от центра города, а у Аларика не сарай, а сральник. Удивительно, как этот крооптус умудрялся оставаться чистым.