Кто-то внутри 2

— Твой бой, — сказал он.

Страха в глазах Киры стало больше, но он издал отчаянный вопль и бросился на Юкимуру.

Что-то изменилось, понял Такэда, отражая первый удар. Это был не тот Кира, с которым он когда-то дрался на деревянных тренировочных мечах. И не тот Кира, с которым он сражался бок о бок, повергая в прах врагов князя. Мастерство может вырасти, но у всякого роста есть предел, и Такэде этот предел Киры был хорошо известен.

И преодолеть его он мог только одним способом. Заполучив поддержку извне. Заключив союз с той стороной.

Запретный союз.

Но этого все равно не хватило.

Такэда отразил еще три удара, а потом атаковал сам, и лезвие его катаны прочертило красную полосу на груди предателя. Кира зашатался, выпучил глаза, выпустил из руки меч. Юкимура сделал шаг вперед и широким ударом снес голову Киры с плеч. Голова исчезла где-то за стеной дождя, а тело предателя, простояв на ногах еще два удара сердца, сначала упало на колени, а потом рухнуло к ногам ронина.

— Твое отмщение свершилось, — сказал Хироси.

Несмотря на шум дождя, его голос был хорошо слышен Юкимуре. — Твой путь закончен.

— Еще нет.

— Твой путь закончен, — повторил Хироси, выхватывая свой огромный меч и бросаясь на Юкимуру.

Он бился с силой десятка человек и размахивал нодати так, словно тот весил не больше перышка. Он был искусен и быстр, и уже после третьей атаки Такэда был вынужден отступить. Причем, крайне неудачно.

Он оказался в зоне досягаемости одного из еще живых врагов, и тот, оставив свои попытки запихнуть кишки обратно в живот, ухватил ронина за ногу своей измазанной в крови рукой.

Юкимуре пришлось отвлечься, чтобы добить его ударом в шею, а потом он сразу же отразил удар Хироси, но мгновение промедления стоило ему катаны. Он не успел выставить лезвие под правильным углом, и оно сломалось, оставив в его руках рукоять с десятком сантиметров стали.

Хироси торжествующе расхохотался, занося нодати для последнего удара. Его победа казалась ему делом решенным, и он мог позволить себе не торопиться.

Нодати уже начал опускаться, когда Такэда бросил на песок обломки своего старого меча, и в его руке оказался новый, исходящий золотистым сиянием.

— Так ты один из нас! — изумленно воскликнул Хироси.

— Нет, — ответил Такэда.

— Как бы там ни было, сегодня ты умрешь!

Нодати тоже изменился. Сохранив свою форму и размер, он тоже начал источать сияние. Чуть более приглушенное, чем у Такэды.

Противники оказались достойны друг друга.