Кто-то внутри 2

Погибнуть в неравной схватке, но чтобы неравенство это проистекало из силы и количества его врагов, а не из его собственной слабости.

Существует ли смерть более достойная, чем смерть с мечом в руке и кинжалом в груди?

Шум воды скрадывал их шаги, и они вышли из стены дождя, как бесплотные призраки. Такэда улыбнулся, пересчитал их и сразу же нахмурился.

— Вас всего девять, — крикнул он, силясь превозмочь звук падающей с неба воды. — Этого слишком мало!

— Этого хватит, — заверил его Кира, седьмой предатель.

— Этого хватит, — подтвердил человек, стоявший рядом с ним.

Он был одет в такое же мокрое тряпье, как и все они, как и сам Такэда, но казалось, что дождь не доставляет ему никаких неудобств. Он был на голову выше всех своих спутников и носил нодати, словно это была обычная катана. Его звали Хироси. Такэда никогда не встречал его прежде, но был наслышан о нем.

Юкимура покачал головой. Он был почти разочарован.

Они обступали его справа и слева. Еще немного, и один из них сможет зайти за спину.

Но это не имеет значения. если ты умеешь драться с троими одновременно, ты можешь драться с бесконечным числом воинов.

Такэда умел.

— Ты расспрашивал обо мне в трактире, — сказал Кира. — Ты расспрашивал обо мне в игорном доме. Ты шел по моим следам все это время. Почти четыре года прошло, Юкимура. Почему ты не успокоишься?

Вместо ответа Юкимура стремительно выхватил из ножен свою катану и пробил шею воина, стоявшего слева от него. Затем он уклонился, парировал следующий удар ножнами, отведя клинок противника в сторону, и пропорол живот другого своего врага, выпустив его внутренности на мокрый песок.

Хироси сделал шаг назад, предоставляя право биться его подручным, и почесал жидкую бородку рукой.

Такэда тоже сделал шаг назад, подставляя лезвия катаны под удар, затем сразу ударил ножнами в лицо, плашмя, до хруста — и он надеялся, что это хрустело не дерево ножен — рубанул мечом, а потом взмахнул им, смахивая с лезвия кровь.

Дождь все шел.

Такэда плясал под струями воды, раздаривая смерть направо и налево, и через несколько мгновений на берегу остались стоять всего трое — он сам, предатель и Хироси.

Остальные были либо мертвы, либо валялись в лужах собственной крови, тщетно пытаясь запихнуть свои внутренности обратно в утробу.

— Ты забрал семерых, — сказал Хироси. — Это неплохо.

— Твой черед, — сказал Такэда, указывая мечом на Киру.

Тот посмотрел на своего спутника. В глазах его была и надежда, и страх.

Хироси кивнул.