"Слуга Смерти"

Сидящего в кресле Кречмера, сухого как корень, замершего в дверях Петера… Не успел ли мальчишка рассмотреть в блеске жандармских глаз что-то недоступное мне? Антон…

— Ты думаешь! Я знаю его много лет, а тебе стоило его увидеть — и уже «думаю»! У вас с Максом слишком живое воображение, вот что я скажу…

— Я думаю, он приходил убить вас, — просто сказал Петер.

— Ч-что?

— Убить. Если бы он хотел поговорить, он мог бы сделать это куда раньше. Ему не надо было ждать вас ночью у вас же дома.

— Он мой приятель! Нет ничего удивительного в том, что он пришел и ждал вместо того, чтобы доверять эту историю с запонкой люфтмейстеру!

— …но он увидел, что вы не один, и не стал стрелять.

— В доме была фрау Кеммерих, она же впустила Кречмера внутрь. Будь Антон убийцей, он никогда бы не пошел…

— У него было два пистолета, господин тоттмейстер, — сказал Петер.

И со значением посмотрел мне в глаза. Так, как будто это что-то решало.

— Даже если пушка за поясом! — начал было я, но едкие и щиплющие угольки злости, жар которых я чувствовал изнутри, вдруг куда-то пропали, точно обратились в мгновение ока невесомой золой.

— Один для вас, другой для хозяйки. Один и один. Но с вами был я.

— Он и верно встретил тебя не очень приветливо…

— Два пистолета. Если бы он застрелил нас обоих, не осталось бы пули на фрау Кеммерих, а она могла бы поднять тревогу. Потом я вышел, и господин Кречмер стал нервничать еще больше, ведь он не мог поручится, что я в доме и что он сможет найти меня и застрелить.

— Будь я проклят, если ты не сидел в соседней комнате и не подслушивал.

— Я сидел с пистолетом, господин тоттмейстер. Если он… то есть, если бы я услышал…

Злости не было. Это чувствовал я, и это чувствовал Петер. Когда я посмотрел на него, он слегка улыбнулся.

— Если ты был уверен, что Кречмер убийца, что ж ты медлил? У тебя было оружие, преимущество внезапности, наконец…

— Я не был уверен.

— В чем?

— В том, что смогу застрелить его. Он жандарм и опытный, а я плохо управляюсь с оружием. Если бы я промахнулся, все сорвалось бы. И еще второй.

— Что?

— Второй убийца. Вы говорили, их двое, и я тоже так думаю. Убийца и чистильщик. Помните?

— Допустим. Глупейшая была теория, однако же… Так ты думаешь, у Кречмера должен быть напарник?

— Наверно.