Другая сторона

 – Погоди, если кофе с вишневым соком – это хорошо, а «Кампари» с вишневым – гадость редкостная… Какой-то заумный силлогизм, не решается.

– Погоди, а разве они не по первым буквам сочетаются? Кофе, коньяк, корица?

– Комиксы, – дополнил Наткет. – Если по буквам, тогда подходит.

– Рискнем? – предложила Николь.

– Почему бы и нет? Вполне достойный эксперимент.

Николь отвинтила крышку и разлила тягучую жидкость по чашкам. Над столом скользнул терпкий апельсиновый аромат.

– На самом деле, – сказала Николь, – это хорошо, что ты приехал.

– Э… Я тоже. На самом деле. Очень.

Кампари с кофе сочеталось. Идеально.

– Неплохо, – сказал Наткет, ухмыляясь, как мартышка, впервые попробовавшая банан.

Николь повертела в руках чашку.

– Все-таки я не понимаю, почему ты тогда уехал, – сказала она. – Сорвался ни с того ни с сего, едва успел попрощаться. Какая муха тебя укусила?

– Ну, – замялся Наткет, – так получилось…

– Получилось, – передразнила Николь.

Прежде чем он успел среагировать, она сменила тему.

– И на похороны отца не приехал.

Ну вот, и она туда же! Нет, он и не рассчитывал, что его поймут, но все же…

– Хороши похороны без покойника… Устроили какой-то фарс.

– Ясно, – кивнула Николь. – Ты не поверил, что он погиб, да? И потому не захотел его хоронить. Понимаю.

Наткет глубоко вздохнул.

– А я была в костюме кролика, – усмехнулась Николь. – С большими ушками. Все же странное у твоего отца было чувство юмора… Честер на тебя очень обиделся.

Наткет поперхнулся.

– Обиделся?!

– Когда ты уехал. Считал, что ты его бросил. Он на тебя очень рассчитывал… Думал, ты продолжишь его дело. А получилось, что все воспитание вылетело в трубу – так и говорил.

– Его дело? Поиски Истинного полюса, что ли?

Николь кивнула.

– Для него это было важно. Действительно важно.

– В странные вещи он верил, – покачал головой Наткет.

– Не думаю, что он в них верил. – Николь постучала пальцем по виску. – Он предпочитал знать наверняка. Он по-другому смотрел на мир… Искоса: замечал интересное там, где никто и не думал смотреть.

– Знать наверняка? – переспросил Наткет.