Город и море

Еще летом крутили машинку, и Татьяна первая углядела, что возле темных скал – где-то в районе буфета – что-то блестит. Она, конечно, возомнила, что это настоящие алмазы, и захотела добыть один. «Просто посмотреть».

Станислав Аркадьевич решил, что такое возможно: ведь каким-то образом ветер и брызги оттуда проникают сюда? Да и сам он в своих изобретениях частенько пользовался анизотропностью пространственных переходов. Например, выхлопы автомобилей резво и жизнерадостно улетали в один из метановых миров, а вечные батарейки работали исключительно на принципах второго закона термодинамики, черпая энергию из какой-то случайно пришитой планеты-гиганта.

И вот, после пары десятков неудачных опытов, несколько блестящих камней было перенесено в наш мир. Разумеется, со всеми предосторожностями. Станислав Аркадьевич их даже подержал несколько минут в крутом растворе марганцовки.

После недельного карантина один камень достался Тане. Другой облюбовал Ярд: откатил в сторону и начал деятельно вылизывать, словно собственного котенка.

Другими камнями занялся сам хозяин. Его любопытство подогревало то, что ни в одном каталоге ничего, даже близкого по описанию не значилось. Даже в Интернете.

И все-таки, чудесные свойства камней из другого мира так и остались бы нераскрытыми, если б не случайность.

Случайность, это такая хитрая штука, которая происходит тогда, когда она нужней всего.

Вот почему Станислав Аркадьевич, не большой любитель рыбы, вдруг взял да и купил в магазине живого карпа? Купил, принес домой, но по дороге «кулинарное» настроение улетучилось, и он выпустил рыбину поплавать в ванне. Через какое-то время бедняга-карп скончался, перевернулся кверху брюхом и перестал шевелить жабрами.

Выловить бы, да и положить в холодильник. Но Станислав Аркадьевич забегался и забыл.

А уж когда шаловливые ручонки младшего внука Алевтины Георгиевны высыпали в ванну взятые без спросу инопланетные камушки – того никто кроме него не знает.

Карп ожил. Да и сама вода утратила запах хлорки и легкий оттенок ржавчины, стала голубоватой и искристой.

С тех пор один из камней обосновался в кувшине с питьевой водой, а остальные разбрелись по соседям.