Асфодель

Вы в Москве?

— Да, я в Москве, когда ви можно принять?

— Да хоть сейчас, — перехватила трубку проснувшаяся Валя, которая хорошо говорила по-шведски. — Адрес помните?

— Да, помню. А вы, конечно, Валентина?

— Она самая. Ждём, господин Перссон!

* * *

Хольгер сразу выставил на стол бутылку «Абсолюта»:

— Не с кем больше! — чувствовалось, что гость находится в глубочайшей печали. — Только с вами, и то через переводчицу. Валентина, вы что – ходите?! — он заметил, что Валя сидит не в инвалидной коляске, а на обычном стуле.

— Хожу, — Валя встала и прошлась по комнате.

— О Боже!.. Но как? Я ведь изучал вашу историю болезни, очень хотел помочь, но все сказали, что сделать ничего нельзя.

— Помогли, — девушка загадочно улыбнулась.

— И не просто «помогли», а сделали такой красавицей! Простите, можно посмотреть вашу серёжку? Я ведь ювелир, сразу заметил, что украшения на вас – это что-то выдающееся.

— Можно, — Валя, чуть повозившись, сняла одну серёжку с андалузитом – обычно она носила простое золото, но по случаю приёма гостя надела платье феи и регалии ученицы.

— Какой мастер… — Хольгер восторженно разглядывал украшение. — Я так понимаю, делалось специально для вас, на заказ? Хотел бы я поучиться у него! Кто он?

— Всё равно не поверите, — рассмеялась Валя. — Гном.

— Почему же? Охотно поверю. Но это значит, что вы теперь?..

— Да, — Валя, извинившись, прошла к себе в комнату и надела парадную парюру.

— Валечка, стоит ли открываться Хольгеру? — покачал головой Владимир Геннадьевич.

— Стоит, — уверенно ответила девушка. — У него явно беда, и ему может понадобиться помощь феи.

— Так вот, значит, как вас подняли на ноги! — воскликнул гость. — А вы сами это можете?

— Нет, у меня другой дар. Какой – не скажу, но тоже целительство.

— Но не воскрешение мёртвых… — подавленно вздохнул Хольгер. — Калле[1] умер, вы были с ним знакомы. У него, кстати, тоже жена русская.

— Ваш друг?

— Да, единственный друг. И Вика ушла. Я-то думал, она меня любит, а ей, оказывается, не я был нужен и даже не Швеция, а просто статус обеспеченной европейки!

— Так вы что, совсем один теперь? — участливо взглянул Владимир Геннадьевич.

— Один, да. У Калле хоть дочка есть, только теперь её служба опеки забирает! У нас эта контора творит что хочет, даже полиции не подчиняется, — гость зло скрипнул зубами. — Калле кредитов набрал, дом в закладе был, теперь банк заберёт.

— А жену с дочкой – просто на улицу? — взвилась Валя.