Некрофамилианин I. Адаптация

Любые разговоры дозволяется вести при нём открыто и без утайки.

Полицейский поиграл густыми бровями, провёл ручищей по блестящей лысине, но комментировать не стал. Какое-то время молча изучал обоих собеседников, определённо обнаруживая сходство.

– Впечатляющие орнаменты, – наконец сказал он Харитонову, и для наглядности провёл пальцами по собственной щеке и шее, – это китайское?

– Благодарю. – Тот кивнул. – Нет, это не китайское.

Подошёл человек, после оскорбительной небрежности Гуаня чуть менее решительный. Прейскуранта Морозов принимать не стал, заказав пустого чаю без молока.

– Внушительная машина, – отметил Харитонов, когда официант удалился исполнять скромный заказ.

И для наглядности легко похлопал себя по бедру.

Антон Кузьмич покосился на собственную ногу, словно только сейчас увидел её впервые в жизни. Откинул полу пальто, обнажив винтовочный обрез в особой кожаной кобуре.

– Нечасто встретишь в обыденной жизни оружие на рычажно-спусковой скобе, – добавил Илья, наблюдая, с какой нежностью крупные пальцы Морозова погладили рукоять.

– Тульская скоба Гольтякова, – довольно покивал полицейский, – невероятно удобно для улицы. И внушительно. Подчас работает одним обликом своим. А вы, господин Харитонов, я погляжу, знаток?

– Увлекающийся.

– А ещё у вас кровь.

– Что?

Илья не дрогнул ни единой мышцей, но цепкий взгляд сыскаря перехватил. Задумчиво поскрёб ногтем тёмное пятнышко на краю жилета.

– Прошу извинить за вид, господин Морозов.

Протасов торопливо переводил взгляд с одного на другого.

Было очевидно, что сейчас над столиком кафетерия при всём видимом спокойствии схлестнулись две невидимые менталистические силы, как бывает, когда в тайге один дикий зверь издали встречает второго. До схватки дело не дойдёт, но позы, жесты, звуки – всё до́лжно продемонстрировать, кто есть кто и чего стоит в настоящем бою…

– Вы искали разговора со мной, – вставил Андрей Константинович, причём чуть поспешнее, чем стоило бы.

Морозов не успел ответить, принесли чай и ещё сельтерской за счёт заведения. Антон Кузьмич сердечно поблагодарил официанта по имени, отхлебнул, и только после этого ответил графу.

– К сожалению, ваше сиятельство, порадовать не смогу. – Теперь он действительно выглядел удручённым. – Негодяев было самое меньшее двое, это мы установить смогли.