Апрельское адажио

Полгода я пытался справиться с этим самостоятельно и параллельно пробовал разговаривать с докторами. Потом — с экстрасенсами, «потомственными целителями» и «знахарями в девятом поколении». Те из них, кто на поверку не оказался шарлатаном, все равно не сделали ровным счетом ничего. И в какой-то момент у меня закончились деньги.

На заказчика я вышел сам. Путь получился долгим, но в конце концов меня познакомили с нужными людьми. Выполнять поручения Владимира Георгиевича оказалось не так сложно. Ничего особенно криминального он от меня и не требовал.

Да, я видел, к чему приводило мое вмешательство, но цепочка была столь долгой, что я почти не чувствовал вины.

Зато у меня появились деньги.

И я устроил Наташку в маленькую частную клинику.

Раз в месяц я прихожу сюда и смотрю на свою жену. И она иногда улыбается мне. Я хочу думать, что именно мне, а не в антрацитовую пустоту.

— Максим, вы тут еще долго? Наташе пора на процедуры.

— А, да… я уже ухожу…

На лестничной площадке, подходя к своей двери, я услышал дребезжащий, как раскрытая форточка на ветру, голос:

— Максим, вы не заглянете ко мне на минуточку?

Сосед.

Тот самый старикан, которого я вчера чуть не снес у подъезда. Стоит в дверях своей квартиры. Ну ему-то что от меня надо?

— Извините… (блин, забыл, как его зовут!) Петр… Александрович…

— Сергеевич.

— Извините, Петр Сергеевич, сейчас не могу, занят.

Старикашка вдруг выполз за дверь, придерживая ее скрюченной ладошкой.

— Максим, я вас очень прошу. Дело серьезное.

Скажите на милость, какое серьезное дело может быть у этой ветоши?

Да, я зол!

И тут что-то заставило меня посмотреть ему в глаза.

Вот оно… опять… то же чувство. Я положил обратно в карман ключи от квартиры и шагнул к нему.

— Хорошо, Петр Сергеевич, я зайду.

Тот посторонился, пропуская меня.

Квартирка у старика не изменилась. Обстановка спартанская, ничего лишнего. Разве что стало немного уютнее от развешанных по стенам фотографий. Вот ведь, не поленился.

— Так что вы хотели? — спросил я, чтобы побыстрее разобраться со странной просьбой.

Старик прошаркал на кухню, зовя меня за собой. Там мне пришлось сесть на допотопного вида табурет и принять в руки чашку с чаем. Знаете, такие древние, похожие на общепитовские, чашечки, белые с красными кружочками. Скатерть на столе была клеенчатой. Кстати, чистой. Да и чай оказался вкусным, крепким, чего я не мог ожидать. Поначалу я и пить-то отказывался, но понял, что старик не начнет говорить, пока не отхлебну хотя бы глоток.