Город без имени

– Вот они меня не заметили. Осмотрелись, и юркнули туда.

Он небрежно показал в сторону.

Этого я и боялся. Отодвинутая каменная крышка, черный провал – один из немногих в Дневном секторе входов в подземелья, способных пропустить человека. И они туда наверняка спустились.

Как хорошо, что нет такой темноты, в которой бы я не видел.

Я спрыгнул в темноту; высота оказалась небольшой, от силы пара метров. Поморгал, заставляя глаза привыкнуть к отсутствию света; стоило сделать пару шагов – и меня окружила полная темнота, свет, падавший из люка, угас.

Не люблю подземелья.

Хорошо, что здесь только один коридор, но обычно они быстро раздваиваются. Хотя бы направление понятно.

Я осторожно двинулся по гладким плитам, мимолетно задумавшись о том, кто и когда их здесь положил. Похоже, в городе об этом уже мало кто помнит.

Так и есть, развилка! И все те же плиты, на которых следов не остается.

Как их тут искать? Видеть в темноте я могу – как и сами близнецы, но ориентироваться в подземельях не умею и никогда не умел.

Я попытался напрячь слух; различил слабый вскрик справа. Кинулся туда, не раздумывая: память на звуки у меня лишь немного уступает зрительной, и голос Сэллет не узнать было нельзя.

Одного взгляда на просторную круглую пещеру хватило, чтобы понять, что и как случилось. Кейан близнецов сейчас казались плотными полупрозрачными коконами, не способными разгонять окружающий мрак; Эллерт лежал на спине, вскинув руки перед собой, Сэллет прижалась к стене.

А по их ауре тянулись непроглядно-черные вязкие нити, удерживавшие Ка-Лен на месте и пульсировавшие ощутимым даже с расстояния голодом. Лишь кейан не давали этим нитям соприкоснуться с телами – но ауры понемногу тускнели, словно черные щупальца пили их силу.

Да так оно и было. Ферхис, хищник мрака, – одна из самых больших опасностей подземелий. Хотя бы потому, что в темноте он совершенно незаметен, а касание его мигом начинает пить силы – что жизненные, что магические.

Я ступил в пещеру; Сэллет метнула взгляд на звук и выдохнула:

– Алвейт! Беги, он тебя…

– Темный странник, – вежливо обратился я к сокрытому в темноте хозяину щупалец. – Прошу вас, отпустите моих друзей. Я бы не хотел вам вредить.

Хищники мрака разумны, но их голод зачастую сильнее. Особенно когда речь идет о свете чужой жизни.

Где-то во тьме зашевелилась неясная тень: даже напрягая глаза, я не мог рассмотреть истинные очертания ферхиса.