Лихой гимназист

В первую секунду показалось, что он мёртв – настолько бледным и неподвижным было его лицо. Рядом сидела молодая горничная и вытирала платочком глаза. Её светлые локоны разметались по лицу. Однако, завидев меня, отец встрепенулся.

– Даша, выйди, – произнёс он.

Батя бросил на меня мимолётный взгляд и снова уставился в потолок. Я устроился рядом на стуле, на котором прежде сидела горничная.

– Как у вас дела? – спросил я. – Я приехал сразу, как только узнал о трагедии. Вы меня не хотели видеть, но мне думается, нам надо отложить ссоры на потом.

– Кто вы? – слабым голосом вымолвил отец.

– Я Алексей. Вы не узнаёте меня?

– Кто вы, сударь? Вы не Алексей, не мой сын, – отец приподнялся, уставившись на меня безумным взглядом. – Кто вы такой?

Глава 14

Папаша явно бредил. Он снова упал на подушки и уставился в потолок. Похоже, недолго человеку осталось. У него пробито лёгкое. Если тут медицина на уровне девятнадцатого века, то помочь может только большое везение. Ну или магический целитель, на которого уповала бабуля.

– Я – Алексей, ваш сын, – повторил я спокойно. – Мне сообщили, что вы ранены, я приехал.

– Ты не мой сын, – произнёс батя, еле шевеля губами. – Я знал своего сына, ты – не он. Ты – бес. Бес, вселившийся в моего сына. Что ты с ним сделал? Что ты сделал с моим мальчиком, дьявольское отродье?

Частично он был прав. Я действительно не его сын, не Алексей, но и бесом считаться не очень-то хотелось, и уж тем более, выслушивать этот бред. Да и батя без меня чувствовал себя гораздо спокойнее.

– Зачем с Тимофеем Марковичем стрелялись? – спросил я.

В ответ – молчание.

– Ладно, отдыхайте, – я поднялся со стула.

Уже подошёл к двери, когда отец что-то пробормотал.

– Простите? Вы что-то сказали? – я обернулся.

– Ты ничего не получишь, – произнёс он громче. – Ни копейки из моего наследства. Ничего не дам. Ничего!

И тут у меня мелькнула мысль. А что если взять подушку и придушить его? Тогда точно получу половину наследства. Вот только выглядеть это будет крайне подозрительно.

Батя, словно почувствовав неладное, схватил с прикроватного стола колокольчик и стал им трясти, а на меня устремился полный ненависти взгляд.

Нет, не сейчас, подумал я. Если уж и работать, то так, что комар носа не подточит. Я развернулся и покинул комнату.

В дверях чуть не столкнулся с Настей, которая спешила на звук колокольчика.