Проклятая вечность

Чуть заметно вздрогнул, получив удар под дых:

— Даже если меня отстранят, я продолжу охоту, — предупредил он, не скрывая намерений. Взял конверт, чтобы ознакомиться с заданием, вскрывая чуть более резко, чем следовало бы, надорвав листок со знакомым витиеватым вензелем в углу. Послание принадлежало лично перу инквизитора.

Ему следовало проверить деятельность, а также главу некой новой организации, — читай секты, — которая набирала в свои ряды молодых и здоровых людей, желающих построить новый мир, где верные адепты будут жить вечно.

"Возрождение". Звучало до отвращения знакомо, и Рон нахмурился, вспоминая. Да, верно, слышал он про организацию в одном из клубов. Кажется, у него даже пылилась брошенная в стол брошюра — издержки профессии, все, что связанно с вечностью, невольно вызывает подозрение, настораживает.

— Мне следует внедриться или провести внешнюю разведку?

— Внедрение не твой конек, Рональд, — заметил мужчина и чуть качнул головой, грея ладони о чашку чая, но так и не сделав ни единого глотка.

— И мы оба это хорошо знаем. Поэтому я и пригласил тебе в пару специалиста.

Специалиста? Рон слышал о подобной практике ордена, однако сталкивался с ней впервые. Он поднялся, чтобы открыть дверцу бара и плеснуть в бокал немного обжигающей жидкости, один запах которой заставил святого отца морщиться. Раздраженно фыркнув, тот медленно перевел дыхание, чтобы поведать, что существуют люди в чем-то компетентнее. Напарник, например, специализировался на оккультных сообществах и знал все о сектах.

Рональд засмеялся, одним глотком допивая виски, и заверил, что ему достаточно возможности охотиться и отправлять в ад кровососов. Заметил лишь, что собеседник чересчур возбужден, а потому предвзят. У святого отца был тяжелый день?

Детали операции в конверте отсутствовали, из чего Рон сделал вывод, что главным в тандеме будет не он, но ни уточнять, ни переспрашивать не стал, со все возрастающим беспокойством посмотрев на собеседника, промокнувшего носовым платком выступивший на лбу пот:

— Вам нездоровится? Могу подбросить до ордена, — предложил он.

— Если не сложно, — тихо вздохнул отец Марк, поднимаясь, и устало потер переносицу. — Заодно познакомишься с напарником. Он сейчас там, изучает необходимые для операции материалы.

— Разумеется, нет.

Оставив на столе нетронутую, давно остывшую чашку чая, они покинули квартиру и вышли на улицу. Рон на миг поднял лицо к небесам, вдыхая полной грудью прохладный ночной воздух, что прочищал мозги даже лучше кофе.