Проклятая вечность

Рональд тихо вскрикнул, скорее от отчаяния, чем от боли, к которой успел привыкнуть за свою короткую, но насыщенную жизнь. Зажмурившись, стиснул в пальцах ткань чужого пиджака, цепляясь за него, так как скоро комната качнулась и поплыла. Вампир пил жадно, с каждой каплей забирая жизнь охотника, доказывая, что жертве не дано уйти от его клыков, даже если участь настигнет ее спустя годы.

Ужас, затопляющий сознание, достиг, казалось, критической отметки, а затем начал медленно отступать. В теле появилась легкость, а желание сопротивляться сошло на нет.

Яд вампиров? Может быть. Во всяком случае, крохи угасающего сознания концентрировались не на головокружении и боли, но на странной эйфории, завладевшей им, прикосновениях. И прежде чем Рональда окончательно поглотила тьма, он почувствовал, как что-то смочило пересохшие губы, и облизал их.

Очнувшись, Рональд резко сел на постели, пытаясь прийти в себя после кошмара, в котором его обратили в ненавистную сущность. Провел ладонью по лицу, смывая остатки сна.

Ужасно мучила жажда, и он растерянно скользнул взглядом по роскошной спальне в поисках воды, только спустя мгновение, осознавая, что помещение не знакомо ему.

— Не думал, что ты настолько сильный. — В кресле напротив постели фривольно устроился Марселус с ноутбуком в руках. — Понадобилось несколько суток, чтобы ты сдался. Мое уважение. Еще никто не сопротивлялся обращению так долго, — вампир, наконец, оторвался от экрана и почти ласково улыбнулся жертве, но во взгляде читалась надменная насмешка.

Рональд в ужасе смотрел на свой оживший ночной кошмар. Ловушка. Он ведь чувствовал: что-то не так… Все не так! Если бы к нему пришел кто-то другой, Рон бы просто послал визитера, но не отца Марка. И чертов Элдетри знал это! Святой отец пострадал из-за него! Его стремления найти и уничтожить убийцу родных. Душу переполнили эмоции: отчаяние, страх, вина, гнев, ярость. Выплеснулись во вне, сорвав с постели в бросок. Однако, в шаге от жертвы, он замер, словно вкопанный.

Засмеявшись, вампир нарочито медленно поднялся на ноги и, не спеша, подошел максимально близко, прежде чем запрокинуть голову, открывая шею.

Провел острым ногтем, пуская себе кровь.

— Тебя мучает жажда, но ничто не насытит новообращенного так, как кровь его творца. Пей.

Капля густой вампирской крови медленно стекала вниз, и Рональд не мог заставить себя отвести взгляд. Одолевавшие его чувства и эмоции отошли на задний план, оставляя всепоглощающее желание слизнуть.