Странная благодарность

— Добро пожаловать, — голос белой Старейшины прошелестел осенним ветром. — Мы рады видеть вас, Анн Гэлвейн и Винмар ат'кай Витигайорр.

— Я счастлив видеть Старейшин, — произнес Винмар.

Анн наклонила подбородок в ответном приветствии.

— Это большая честь.

Зеленый Старейшина опустил голову на плоский камень:

— Мы давно живем в мире с людьми, — заговорил дракон скрипуче и резко. — Наш договор стар и нерушим. Тем не менее...

— Есть те, кто считает, что может устанавливать иные правила, — продолжил черный Старейшина глубоким басом, его когти матово блеснули в холодном свете.

— Никто прежде не смел покуситься на нашу кровь.

— Недозволительно похищать младших, — обронил золотой дракон, — и тем дороже деяние тех, кто покарал преступников.

— Ваше деяние, — шипяще завершил красный Старейшина.

В зале повисло молчание. Гэлвейн снова наклонила голову.

— Чистая Ладонь сохраняет равновесие между магией и разумными существами, — по уставу ответила чародейка.

Белая Старейшина выстрелила раздвоенным языком.

Она неспешно поднялась, сложила дряхлые крылья. Посмотрев на нее, встал золотой дракон. Старейшины подошли к следователям. Винмару пришлось поднять голову, чтобы смотреть драконам в глаза, а Гэлвейн отступила на несколько шагов.

— Винмар ат'кай Витигайорр, — неторопливо заговорил золотой дракон, — ты молод, но творишь руками, талантом и волей, чудеса. Не каждый мастер способен создать столь легкое и свободное существо.

Глаза Винмара удивленно расширились. Он понял, Старейшина говорит о Чине, и постарался подавить пугающую мысль, что дракону не только рассказывали о живом артефакте, но и цитировали.

— Тебе пригодятся знания.

В когтях золотого дракона возник неярко светящийся шар. Винмар задержал дыхание. Сферы знаний служили драконам книгами. За ключом перетекающих из одного в другой узоров скрывалось то, о чем люди писали фолианты.

— Я принимаю дар и благодарю Старейшин, — поклонился ат'кай Витигайорр.

Старейшина оставил Сферу возле его лап.

— Анн Гэлвейн, — выдохнула белая драконица.

Она приблизила треугольную голову к лицу женщины. — Ты искусная чародейка и твое мастерство растет день ото дня, но оно мертво, как все, что лишено души. Наш дар направит твою душу.

В платиновых когтях лежала окарина. Женщина перевела взгляд с музыкального инструмента на драконицу и сцепила зубы.

— Благодарю, Старейшины, — произнесла Гэлвейн.

Она приняла дар молча и с истинным достоинством. Белая Старейшина удовлетворенно отступила назад.