Эрминиды

Почти тут же открыл портал, нервно рванул воротник уже на пороге собственного замка. Унижение, осознание собственной слабости душили его, застилали глаза туманом. Юный маг бегом, спотыкаясь, бросился в подвал. Он создавал мишени и уничтожал их в вихре пламени, рубил мечом и проклинал, замораживал, бил, кромсал… представляя на их месте Влада. Пока совершенно не обессилил. В груди сделалось пусто и гулко. Северин медленно сполз по стене и закрыл глаза. Камни всё ещё хранили тепло только что бушевавшего тут пламени.

***

Мерные медленные хлопки – пародия на аплодисменты. Влад подошёл к сестре, всё ещё недоумённо глядящей на дверь, в которую выбежал Северин. 

– Прекрасно исполнено, дорогая.  Я доволен.

– Прекрати, – нахмурилась Мелисента. – Это ты его испугал? 

– Он не испуган. Рассержен, скорее. 

– Влад, ну какой же ты всё-таки… – княжна Элизобарра сердито поглядела на брата, не в силах подобрать соответствующий эпитет. 

– Какой? – нахально осведомился тот.

– Зачем ты его мучаешь? 

– Он сам себя мучает, – сухо заметил вампир. – Я тут практически не при чём.

– Это жестоко, – покачала головой девушка. 

– Северин должен научиться видеть реальное положение вещей. А не обманываться  иллюзиями. Если он будет считать смертельным врагом каждого, кто нарушил его планы на выходные, долго не проживёт. А Отрон талантливый, жалко.

– Эрлинг, – сказала Мелисента.

– М-м?

– Он предпочитает, чтоб его называли Эрлинг.

– А мне плевать, если честно, что он предпочитает.

– Ух! – воскликнула княжна и сердито топнула ножкой. Ей казалось, что парень, которого сам Влад признаёт талантливым, не заслуживает подобного пренебрежительного обращения. Девочка развернулась и выбежала вон. Влад хмыкнул и вернулся в большой зал. 

***

Облокотившись о стену, Мелисента сидела на широченном подоконнике в башне восточного крыла – самой высокой в замке – и смотрела на луну. Девочка зябко обняла себя за плечи, и глубоко вдыхала ночной воздух.

– Как неосторожно сидеть так близко у открытого окна, – послышался ехидный голос.

– Убирайся, – холодно сказала княжна, не поворачивая головы. Голос был ей незнаком. Но явно женский. Значит – вампирка. – Я не хочу никого видеть.

– А стоило бы взглянуть, – серебристую лунную дорожку плавно пересекла гибкая фигура. – Ведь я буду последним, что ты увидишь в своей жизни.

Мелисента спрыгнула с подоконника и в самом деле в упор посмотрела на говорившую.