Про пряности, снег и трели ветра (путевые заметки странника по мирам)

Я бездумно скользил взглядом по бело-серебристому пейзажу и вдруг заметил на скале какое-то движение. Сощурился, всматриваясь. Не привиделось ли? Это птица, зверь? Или снежный волк?

Сложно было что-либо разобрать на сером монолите утеса, одетого в однотонную каменную текстуру, но движение повторилось, и я смог сфокусировать на нем взгляд. Это был человек... он стоял и махал мне обеими руками.

Сперва внутри все ухнуло, но затем меня переполнила теплая надежда. Здесь все-таки были люди! А значит, можно где-то провести ночь, согреться и поесть.

Я видел, как человечек ловко и быстро скачет вниз по скале. Одет он был в светло-серую пятнистую парку с меховым капюшоном, мохнатые унты, такие пышные, что незнакомец походил на маленького мамонта, а в руке сжимал острогу. Надеюсь, он привлек мое внимание не для того, чтобы заколоть на ужин...

Мы с Мару осторожными шагами подбирались к утесу, все еще готовые в случае чего дать деру. Расстояние сокращалось мучительно долго — а на морозе время имеет тенденцию растягиваться и замерзать — и когда мы наконец достигли первой клыкастой стены, человечек был уже в десятке метров от нас.

Мои губы замерзли, потрескались и так болели, что разлеплять их категорически не хотелось. Незнакомец стащил с головы капюшон, расплескав по плечам черные локоны. Я увидел круглое как луна лицо цвета первого снега, маленький приплюснутый носик, широкие губы и чуть раскосые глаза.

Девушка походила на довольную нерпу, что вылезла погреться на солнышке, и серая в пятнах парка лишь усиливала это впечатление.

— Привет, — она не выглядела ни испуганной, ни озадаченной, а ее голос казался слишком низким для женщины.

— Привет, — повторил я глухо; в горле тарахтело, и мне ужасно хотелось прокашляться, — неужели в столь суровом краю кто-то живет?

Она засмеялась, точно расколов улыбкой лицо от уха до уха.

— Везде кто-то да живет.

— Я — странник, — ответил я привычно, — ох, угораздило вот! Я ужасно замерз и голоден, да и мой олень тоже.

— Не думаю. Маруки очень выносливые и могут неделями обходиться без еды, — беззлобно усмехнулась девушка, — а вот люди — дело совсем другое. Могу предложить тебе переночевать в моей юрте. Это недалеко.