Книга 1. О людях и демонах

Мы неслись по голому, озаренному бледным солнцем пространству, по океану жухлой травы и серого с синевой неба. Вокруг, сколько хватало глаз, простирались только поля да маячила вдалеке ершистая полоска леса. Владения города остались позади, и теперь нас окружала в своем величии свобода, которую мы пронзали стремительной стрелой.

Даже небо здесь казалось выше и было не таким запыленным, насыщенным бирюзой у горизонта. Тяжелые тучи лежали практически на земле. Туман немного рассеялся, но ему на смену тут же пришла противная морось.

Сперва мимо нас проплывали какие-то дома, но вскоре вдоль дороги потянулись лишь бесконечные серые поля, похожие на разложенные сушиться старые простыни, затертые и застиранные до дыр. Кое-где у самой кромки неба виднелись воздушные генераторы, но помимо них вокруг не было ни зданий, ни других следов цивилизации — только кружило разрозненной стаей воронье над дорогой.

Мелкие капли рябили по стеклу, превращая и без того пустынный пейзаж в монотонный диафильм.

— Почти приехали, — тихо сказал Коран.

Вечерело. Ребята задремали, а Соя так вообще сладко сопела, опустив голову на плечо Рэма. Я протерла заспанные глаза и выглянула в окошко: слегка развиднелось, и острые мечи лучей прорезали воздух, выжигая золотые точки на полотнищах полей. Вдоль дороги потянулась череда тополей, таких темных от влаги, что их кроны и стволы казались одинаково черными. Я не могла видеть, что было впереди, но мы явно подъезжали к деревне, потому что среди деревьев стали все чаще попадаться заброшенные амбары и сараи.

Поезд резко повернул, и я увидела вдалеке небольшую церквушку с пылающим крестом и куполом-маковкой, окруженную полями и множеством пристроек, разбросанных вдоль всей железной дороги. Солнце вновь спряталось за тучу, а дождь пошел сплошной пеленой. Пейзаж впереди заволакивала муть. Дождевые капли клеились к стеклу, и на них вовсю отыгрывало золото.

Засвистев, поезд стал мягко тормозить. Все проснулись и, как по команде, принялись в спешке собираться, и только лишь Коран невозмутимо надел шляпу и поправил ворот пальто. Кроме нас, пассажиров в вагоне больше не осталось, почти все сошли еще в пределах города. Здесь дорога заканчивалась, упираясь в череду широких тополей.

На перроне я принялась выуживать из сумки зонт и вскоре поняла, что мне потребуется как минимум четыре руки, чтобы тащить и его, и вещи.